Автор
Инженер Джордж Фицжеральд создает странный фотоаппарат, способный запечатлевать не просто изображения, а человеческие души. Основываясь на древних верованиях индейцев, он верит в магическую силу фотографии. Его изобретение становится орудием, способным изменить судьбы людей и пересечь...
– Если я верно помню снимки, которые ты мне показывала, ее наряд также повторяет старый снимок.
Дарья с готовностью снимок протянула."
"– Имеются два варианта. Первый: платье то самое, второй: платье изготовлено по точному описанию. Эскизу. Фотографии. Его аутентичность сузит круг поисков.
– И свяжет Максима с девушкой, – добавила Дарья. – Если узнать, по какой мерке платье шилось… и для кого. Я дура, да? Я сама должна была подумать?
Блок третий. Дарья. Орхидеи. Фотография. Качество ее свидетельствует о высоком уровне профессиональных навыков фотографа. Вместе с тем четкая фокусировка изображения не позволяет оценить задний фон и определить точку съемки.
Символизм черной ленты однозначен.
Адаму не по вкусу данная однозначность, но затрагивать эту тему не стоит: Артем предупредил, что Дарья крайне нервно относится к происшествию.
Дарью не следует нервировать.
Дом не любил дождь, и если грозу переносил стоически, то затяжная морось оборачивалась распухшими суставами ставень, судорогой ржавых перил и старческим ворчанием труб.
Жильцы дома, чуя приближение непогоды, раскладывали на подоконниках жгуты из старых простыней, ставили в особые места кастрюли и ведра, вытаскивали из шкафов пуховые шали.
И заветная квартира отзывалась движением. Хозяин ее принимался расхаживать по комнате. Он был бос и полуодет. На белой коже выделялись красные полосы расчесов и даже трещинки с засохшими кровяными каплями.
– Да. Нет. Не знаю.
Человек разговаривал с портретом, глядеть на который он словно бы стеснялся.
– Я ведь тут ни при чем? Я ей обещал? Что я обещал?
Стук дождя в оконное стекло заставил его замереть и прислушаться.
– Ничего я не обещал! – шепотом произнес он. Вздувшиеся с одной стороны мышцы причудливым образом искривляли шею, прижимая ее к острому плечу. Левую руку человека явно свела судорога, и растопыренные пальцы торчали тощей куриной лапой.
– Чего они хотят? Не оставят… раньше не оставляли и теперь… пусть уберутся! Я скажу ей, пусть убирается, пусть…
Звонок в дверь заставил человека упасть на четвереньки. Спина его выгнулась, а кадык задергался, быстро и мелко.
Трели будоражили влажную тишину квартиры. Человек приложил кривоватый палец к губам.
– Тише, – сказал он портрету.
Девушка не стала смеяться над ним. Она никогда не смеялась, лишь смотрела… смотрела – смотрела – смотрела. Она хотела большего. А у него не получалось!
Сейчас получится. Именно сейчас. Он нашел правильный вариант. Да. Определенно.
