Автор
Фотограф смерти устрашенно поднимается над городом, каждое его сжатое мгновение означает окончание жизни объекта для портретов. Глубокая темнота ночи дышит яркими красками вулкана, раскаивающегося в бесконечных бурях. Анюта, художница-любительница, видит нечто прекрасное — будущее на полотнах своего мужчины-фотографа, который идет по ужасному пути....
Выяснилось, что до недавнего времени М. пребывала на содержании мистера Б., плывшего тем же кораблем. Но сей джентльмен, решив начать жизнь иную, более пристойную, порвал порочную связь, что вызвало гнев М., лишившейся покровителя.
Она не желала мириться с произошедшим и не единожды, по словам мистера Б., делала попытки встретиться с ним, а также угрожала смертью его юной невесте. Он не придал значения угрозам, сочтя их пустыми словами. Но в черном сердце испанки уже зрел план мести.
Той ночью она тайно проникла в каюту миссис Ф.
– Умри же, разлучница! – воскликнула она, продолжая наносить удар за ударом.
И лишь когда ярость утихла, М. вернулась к себе и, как ни в чем не бывало, легла спать.
По словам капитана, несмотря на то что М. всячески отрицает причастность к убийству, улики против нее несомненны.
Нашим читателям остается лишь пожелать, чтобы суд, который состоится в самом ближайшем времени, приговорил убийцу к смерти, как она того заслуживает.
Дневник Патрика
30 июля 1854 года"
"Я опоздал.
Господь милосердный, спаси мою душу, но я опоздал. Я так спешил… я сделал заготовку. Она помогла бы… А теперь не уверен.
Брианна погибла.
Моя маленькая нежная Брианна погибла! Из-за него.
Ради чего мне жить?
Ради мести. Теперь я знаю, как поступить.
Друг мой Кэвин!
Я знаю, что тревожу тебя в твоем горестном уединении, но боль, испытываемая мною, дает мне право говорить.
Ты говорил мне, что лучше бы умер сам, и я неосторожно воскликнул, что ты прав, что так было бы и вправду лучше, но теперь жалею о тех словах.
Ты любил мою сестру. Ты был бы ей хорошим мужем. Но Господь постановил иначе.
Кэвин, твое затворничество не вернет тебе Брианну, как не вернет душевный покой.
Мне же снова нужна твоя помощь.
Речь пойдет о моей матушке, которую случившееся потрясло так, что она полностью утратила всякое понимание реальности. Кэвин, я не знаю, как мне поступить! Доктора, все, кого я приглашал, рекомендуют отправить матушку в лечебницу. Но я не смею обречь ее на подобное.
Пожалуйста, приезжай.
Твой друг Джордж.Дневник Эвелины Фицжеральд
1 сентября 1854 года
Я пишу. Я пишу. Я пишу слова.
Буковки.
Музыка.
Руки красные. Перчатки. Красиво.
