Автор
Сон для Ильи стал прерыванием между миром и сном, но это был сон о новой женщине – Светлане. В ее объятиях он словно обрел второе дыхание, а каждое прикосновение вызывало новые открытия в его сердце и мозгу. Отступив от привычных устоев, Илья оказался на пороге загадочного, где сценарий жизни тихо перестраивается под влиянием Светланы....
– Я за него и боюсь! – крикнул Мельников и выбежал из комнаты.
Андронов посмотрел на монитор – женщина стояла напротив Гроссмейстера, – пожал плечами, встал и вышел вслед за начальником.
В допросной пахло бойней. Убийца лежал на столе, правая рука все еще была пристегнута. Голова… верхняя часть черепа практически отсутствовала. Из дыры торчала шахматная доска. Кровь была везде. Вязкие капли, будто в замедленной съемке, падали в уже подсыхающую черную лужу.
Людмила Тимофеевна повернулась на вошедших. Лицо и одежда были в крови.
– Патовая ситуация, – произнесла она, и плевать ей, что ее мог понять только Гроссмейстер.
Танго смерти
Он продолжал орать, даже когда дочка заплакала и убежала к себе в комнату. Андрею нужно было поставить жену на место, и слезы дочери не могли заставить его отойти от истины. Истины! Эта самая истина и была причиной всех их бед. Только он начинал думать, что у него в семье все слажено, как эта курица выкидывала такое, что Андрея одолевали сомнения в нахождении истины в прошлую их беседу.
– Будь добра, мать твою, объясниться! Попробуй донести до меня! Давай! Может, я мудак?! А?! Я, по-твоему, мудак?!
Каждая его фраза сопровождалась дерганьем лацканов халата.
– Я тебя спрашиваю: я мудак?!
Он схватил Катю за подбородок и поднял ее голову вверх.
– Посмотри мне в глаза и скажи: я мудак?!
Женщина зажмурилась, слезы крупными каплями набухли в уголках глаз и побежали по щекам, уступая место новым. Катерина не стала ждать повторения вопроса и быстро, насколько это позволяла хватка мужа, замотала головой.
– Нет?! Нет?!
Андрей отпустил лицо жены, и голова безвольно упала на грудь.
– Нет! – Он всплеснул руками.
