Автор
Сон для Ильи стал прерыванием между миром и сном, но это был сон о новой женщине – Светлане. В ее объятиях он словно обрел второе дыхание, а каждое прикосновение вызывало новые открытия в его сердце и мозгу. Отступив от привычных устоев, Илья оказался на пороге загадочного, где сценарий жизни тихо перестраивается под влиянием Светланы....
Миф в том, какую именно музыку играл оркестр.
Катя теперь вообще ничего не понимала."
"– Авторство этой мелодии, – Надежда Андреевна потрясла диском, – ошибочно приписывали Антонио Вивальди. Наверняка отсюда и путаница. Знай люди, что автор этой мелодии родился через пять лет после начала войны, а мелодию эту написал…
– Кто он? – Катя сомневалась, что ей нужно имя человека, написавшего это жуткое произведение. Все стало еще запутаннее, и, возможно, ответ на этот вопрос расставит все по своим местам.
– Карл Дженкинс.
Не расставил.
– И написал он эту мелодию в конце двадцатого века. Кажется в 96-м году. Красивая и одновременно страшная мелодия.
– Но при чем тут…
– Ее окрестили «Танго смерти», приписали авторство Вивальди и пишут на каждой страничке в Сети, что именно под нее была пропитана кровью земля «Яновского».
– Злой рок, – прошептала Фролова.
– Что?
– Нет, ничего. Надежда Андреевна, – Катя знала, что рано или поздно задаст этот вопрос, но не думала, что это будет так тяжело, – может ли убить танец под эту музыку?
Настя записала задание на дом и закрыла дневник.
– Ну что, сука? – Голос Наташи заглушил мысленный оркестр Насти. – Предсмертная записка готова.
Светличная отошла от доски, и Настя увидела надпись корявыми печатными буквами.
«Юра, я не могу без тебя жить. Мне не нужен этот Мир без тебя. Твоя Настена».
Фролова поняла серьезность их намерений еще до того, как Пашка спрыгнул с парты и пошел к ней. Записка слишком правдоподобная. Если бы она началась со слов «В моей смерти прошу винить…», то Настя приняла бы все за злую шутку.
– Это же ты его убила? – спросила Светличная, когда подошла к Насте вплотную.
