Автор
В мире под мутными облаками и океанах распадающихся ледниками, старый Наумар пытается найти в себе силы продолжать жизнь после тридцати лет холодного затишья. Мир-океан снова просыпается, но с каждым днем становится все менее похожим на то, что он знал прежде.
Вот как он использует старшую связь с магией пространства! Перенаправляет атаку противника на него самого.
Поднимаясь на ноги, тут же ухожу скольжением в сторону. Супермутант грамотно использует преимущество в весе и количестве ног, быстрее оправляясь от последствий ударных атак. Попробуй увернись, тварь!
— Призрачные клинки!
Восемь атак устремляются к противнику с разных сторон. Две из них кентавр отбивает своим оружием, три принимает на грудь, уклоняясь от остальных, а затем снова несется в атаку. Встречный рывок, вспышка и «разрыв брони».
Выпускаю темно-багровую ауру пожирания наружу. Она словно вечно голодное живое существо разгрызает доспех духа собравшихся тут тварей и жадно впивается в их плоть, высасывая жизненную силу.
Не добегая метров десять, Эксия бьет магией пространства перед собой по конусу, разрушая плоть Зараженных до состояния кровавого тумана, и тут же на ходу вбирает его в себя, становясь сильнее. На земле остаются костяки полуразрушенных тел Зараженных. У меня дрожат руки, но не от страха, а от отдачи. Силен, тварь!
Теперь понятно, как он комбинирует проявления старшей магии жизни и пространства.
— Гребанный кентавро-головый мутант! — запрыгнувший внутрь щита лагеря Собачник в теле оборотня, сжав зубы, кувыркнулся на земле.
— Тебя что, кипятком там облили? — смотря на вставшую дыбом шерсть у ликантропа, майор как ни в чем не бывало предложил тому сигарету. — На, отдохни!
За щитом бушевали такие титаны битвы, что ни одно нормальное существо в ранге Ратника не могло с ними рядом находиться. Стражи и Новики Зараженных умирали лишь от одной их жажды крови и ударных волн, расходящихся во все стороны.
