Что не укрылось от его прищура. И когда забубенил: «Тридцать миллионов!» — Себастьян задумался. Думал долго, анализировал, вспоминал мою моторику и мимику ранее.
— А давай пятьдесят! — решился он на обострение. Ибо я намекал, что ему нужно скинуть, и я получу очередные три миллиона — по одному с префлопа, флопа и тёрна.
— Ещё десять для моего друга от ассоциации гонщиков без правил! — голос Торнадо.
— Принято. Но не хватает. — Дерек уже не перепроверял чеки. Постоянным клиентам верят на слово. А если чел обманет — это его проблемы, в смысле Дерека, не мои. — Сеньор Кампос?
Дон Виктор натужно засопел. Видимо, у него лимит вычерпан.
— Что меня отличает от Феррейра, это то, что я не беспредельно могущ, — пошутил сеньор хефе. — К сожалению, могу предложить только залог недвижимости, так как все средства в обороте.
— А вот я не прочь помочь хорошему человеку. Хуан, десять миллионов! Сеньор крупье?
Я повернул голову, тщательно сдерживая ликование. Я был прав! Полностью прав! Проситал этот финт. Ибо голос этот знакомый, и познакомился я с его владельцем совсем недавно. Толпа перед сценой расступилась, пропуская вперёд говорящего.
— Сеньор, прошу прощения?.. — учтиво склонил голову Дерек.
— Пабло. Пабло Эскобар, — представился тот. — Губернатор Санта-Катарины.
— О, у нас губернаторы столько получают жалованья, что разбрасываются миллионами на неудачников? — не удержался и съехидничал Себастьян. Я чувствовал, его всё более и более трясёт от переизбытка эмоций. И он всё более и более теряет контроль. Но к сожалению, пока не дошёл до кондиции.
— Это деньги моей семьи, сеньор Феррейра, — не моргнул глазом Пабло. — Моя тётушка, оказывается, небедный человек. Правда, я узнал об этом недавно — всю жизнь считал, что круглый сирота. — Это он объяснил присутствующим, оправдался. Ибо губер, разбрасывающийся такими суммами в казино — минимум плохая репутация транжиры, а транжиры не должна сидеть на высоких постах, аксиома. — Моя помощь сеньору Шимановскому с нею согласована. — А это для меня.
— Кто б сомневался! — буркнул под нос Себастьян, поёжившись. Он про родню Эскобара знал. А сын Аполлона, как посмотрю, продвинутый юноша! Много чего знает, что как бы не должно быть интересно мажорику. Я снова страдаю грехом недооценки врага?
— Сеньор Феррейра! У вас уже было два предупреждения насчёт обсуждения материального состояния гостей моего заведения! — грозно рыкнул Дерек, и я понял, чел реально вышвырнет сукиного сына. И пока не вышвырнул, нарушая собственные правила, только потому, что я в минусах. Прекратись игра — я останусь должен всей Альфе, как земля колхозу. Даёт мне возможность отыграться, пусть нарываясь на репутационные потери «заведения, где можно оскорблять».