Но, к сожалению, офис откроется через час, это всего лишь дежурный администратор. Мы занимаемся охраной здания, можем вызвать скорую или профильного врача, но не решаем административных задач. Вам лучше дождаться открытия и обратиться к менеджеру.
— Думаю, не получится, мне будет некогда. — Теперь понял, почему у фонда круглосуточный телефон. Следят за здоровьем некоторых опекаемых? Чёрт их знает, но главное, что дежурный — тоже администратор, а не рядовой охранник.
— Но, сеньор, могу я передать сообщение вам, чтобы вы передали руководству? Это возможно, вы так делаете?
— Разумеется, сеньор! — показная обида — Мы для этого и дежурим. Но ваше сообщение попадёт на стол менеджеру не прямо с девяти утра. Возможно, чуть позже. Так как не помечено важностью.
— Без разницы. — Я повеселел. — Итак, сообщение. Я делаю пожертвование всем семьям ветеранов. Но отдельно хочу рассказать про вопиющий случай, о котором узнал недавно. Эту сеньору зовут Констанция О'Коннор. Адрес… Её сын Рауль — ветеран нескольких горячих точек, погиб во время высадки в Сахаре, при освобождении венерианских заложников. Сеньора живёт в скотских условиях, вы даже не представляете, насколько там ад! И это — мать героя! — Я вспомнил многокилометровый колосс-клоповник и внутренне поёжился. Сестрёнки устроили там беспредел, отправив к праотцам с десяток членов крышующей там банды охранников, но глобально это ничего не изменило. — Погибшего за нашу страну, сеньор! Чтобы все мы жили спокойно и счастливо! Какие бы там ни были отношения у сеньоры с ВКС, это не дело, когда матери героя ютятся в таком месте. Прошу ваш фонд разобраться и принять меры.
— Я всё записал, сеньор. Информация будет передана. — В голосе дежурного уважение, я с его точки зрения поступал правильно, он поддерживал. — Как, кстати, ваше имя? Как записать?
Я посмотрел на вжавшегося в кресло, жалкого до противной рвоты Себастьяна.
— Себастьян Феррейра, сеньор. Жертвователь денег — Себастьян Феррейра.
Лёгкий гул в зале — люди оценили иронию.
— Да, конечно, сеньор Феррейра! — сразу изменился волшебным образом голос администратора. — Всё будет передано максимально быстро, в лучшем виде!
А теперь я не сомневался. Волшебная фамилия открывает волшебные двери. Особенно когда менеджеры увидят сумму…
— Спасибо, сеньор. — Махнул рукой Дереку — отбой.
В зале продолжала стоять гробовая тишина. Все смотрели на меня, ибо нутром понимали, что и это не конец шоу. Что ж, пора ставить точку. Я поднялся, вылез из кресла. Потянулся — всю ночь, получается, в нём просидел, руки-ноги безбожно затекли. Вскинулся, захлопал себя по карманам брюк и пиджака:
— Сеньор Хьюстон! Забыл! Сигареты!
— Что, сигареты? — не понял хозяин этого места.
— Я все деньги хокнул в фонд.