Чудовище тоже хотело на экзамен, поглазеть по праву слушателя, но будить не стал — пусть дрыхнет, пока может.
— Командор, короче, такое дело, — словно стесняясь чего-то продолжил взломщик. — Мы понимаем, что ты был занят, было некогда, потому собрались всей конторой, кто на базе, и организовали тебе помощь. Связь, как ты понял, наша, будет вестисть через школьную сеть, мы её давно хакнули, главное навигатор с башки не снимай.
— Это понятно. — Я усмехнулся. — Не буду. — Во время экзамена связь с общими сетями выключается, по школе включают подавители. Гражданские модели, через сети силовиков выйти в систему можно, но с другой стороны если таинственные доброжелатели врубят полную изоляцию школы… А она у нас на четыре уровня под землю уходит — запросто. Связь останется только через разрешённый школьный сервак. Опасно, но разумно.
— Мы будем сидеть и мониторить, но как мыши, тихонько и не слышно. Но если случится какая лажа, просто произнеси слово «Кадавр», и моментально подключимся к решению твоей проблемы, — пообещал Михаэль.
— Почему «кадавр»? — усмехнулся я.
— А чёрт его знает. Это первая хрень, пришедшая на язык с утра нашему Дэну. Он сегодня ночью дежурил.
— Понятно. — Круто, чо. Парни решили подстраховать. Инициативные ребята — я об этом не просил. А потому предложение вдвойне ценно.
— В общем, мы знаем, что ты будешь решать вопрос сам, до последнего. Но если припрёт — ключевое слово, и мы в работе. Ага?
Школа. Прохожу турникеты. Двор, фонтан, холл, коридоры. На меня оглядываются. Кто-то оглядывается потому, что знает, помнит. Кто-то наоборот не знает, так как после моего ухода в подземелья бело-розового здания тут происходили перемены, и в школу добавили много новых лиц. Но в основном реакция нейтральная. Что радует.
Аудитория. Один из лекториев — «больших», общих аудиторий, где парты лесенкой возвышаются друг за другом амфитеатром. Перед створками никого, но дверь открыта. Вспомнил Командора, который Ривейра. Получив от меня люлей, «не выдержала душа поэта», и сеньор ушёл из школьного обучения куда-то на вольные хлеба. И что неудивительно, никто о нём даже не вспомнил, не то, что пожалел. Командор любил после звонка гермозатворы закрывать. Сука! Я усмехнулся и вошёл.
Опоздал — не то, чтобы сильно. Все только сели. Система у нас смешанная, даётся три задачи и два теоретических вопроса. И каждый из четырёх членов комиссии имеет право на блиц-вопрос. Теоретические вопросы, как правило, не сложные, но предельно конкретные: знаешь, учил — ответишь, не учил — не угадаешь. Разумно. Блицы могут оцениваться баллами, могут нет — вершит комиссия.