– Пароход вверх по течению шел да пристал у нашего берега. Раны зализывают. Досталось им крепко. Говорят, валийский форт, что по соседству, арачи пожгли.
– Кажется, началось. Как считаешь, Грибски?
– Началось. Чтоб им пусто было."
"– Что же, мы и без того в постоянной готовности. Но, похоже, нужно еще поднапрячься.
– Да уж придется, господин капитан. Если, конечно, хотим свои задницы вытащить из этого дерьма.
Глава 4
Конец затворничеству
– Это по меньшей мере неприлично.
Девичий голос, да еще и явно обращенный к нему, прозвучал настолько неожиданно, что Алексей невольно вздрогнул, едва не смяв газету. Хорошо хоть не опрокинул на себя чашку сивона – напитка, сильно напоминающего кофе. Хм… Вообще-то это и был кофе.
Собственно говоря, в его реакции не было ничего необычного. В здешнем обществе не принято, чтобы женщины первыми обращались к мужчинам. Даже если они хорошо знакомы. И дело даже не в том, что это могло ударить по репутации женщин и уж тем более девиц, это было неприемлемо в первую очередь для мужчин. Если они имели честь быть хорошо знакомыми, тот был просто обязан подойти и засвидетельствовать свое почтение.
Если же мужчина, будучи знакомым с дамой, игнорировал ее, это считалось большим проступком. Не делалось скидок даже в том случае, если они были откровенными врагами. Приличия требовали именно галантного обхождения, а иначе вам не место в приличном обществе. Правда, к женщине, с которой сложились неприязненные отношения, вовсе не было необходимости подходить лично, достаточно было изобразить поклон головой. Это в некоторой степени должно было завуалировать истинное положение дел для посторонних.
Эти правила были переняты наиболее состоятельными и образованными мещанами, остальное население страны, то есть подавляющее большинство, подобными сложностями себя не обременяла.
Именно по этой причине мужчина, заходя в любое общественное место, первым делом самым внимательным образом осматривал посетителей. Затем обходил знакомых, чтобы выразить свое почтение, и только после этого он мог подойти к тем, с кем, собственно, собирался провести время. Разумеется, были и исключения, например театр.
Алексей никогда не утруждал себя подобными манипуляциями, но вовсе не потому, что считал это излишеством или предвзято относился к столь учтивому поведению. Он прекрасно понимал необходимость вписаться в общество. Просто его знакомые в Рустинии были весьма немногочисленны, причем среди них была только одна женщина, его служанка. Считать таковыми дам известной профессии, которых он порой посещал, Алексей не собирался. Впрочем, никому из них не было места в этой сивойне.