Постовой Андрей с трудом нашел работу на кирпичном заводе после войны. Тяжелая работа садчика — закатывание тяжелых вагонеток с кирпичом в раскаленные печи обжига оставляет жестокий след — пот, мучительная боль мышц после работы. Андрей рад этой работе несмотря на трудности, она приносит хоть каплю нормальной жизни после войны....
Похоже, «Фронтовик. Без пощады!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Андрей не поленился, зашел в отделение милиции, обслуживающее данный район, и поинтересовался у заместителя начальника по оперативной работе, не посещал ли кто данный дом по служебной необходимости? И получил отрицательный ответ.
В принципе милиционер мог быть из другого отделения или приходить по личным делам. Ну а вохровец никаких служебных дел иметь в доме не мог.
Андрей вернулся в дом и стал опрашивать жильцов снова. И вопрос был один: к кому конкретно приходили люди в форме? Но ни один из жильцов не подтвердил, что в их квартиру приходил милиционер или вохровец.
Все услышанное Андрей доложил Арапову, и тот задумался.
– Предположим, что только один из тех, кто был в форме, заходил к убитому. Но ведь был и второй! Значит, один из жильцов врет. Зачем?
Андрей лишь пожал плечами – для него это тоже оставалось загадкой.
– Придется вам, Андрей, завтра еще раз пройтись по жильцам и опросить их целенаправленно.
Андрей хлопнул себя ладонью по лбу. Жильцов он опросил, а вот о дворнике запамятовал. А все потому, что тот на виду не был.
– Владимир Матвеевич, я завтра с утра к дому, на службу позже явлюсь.
– Да, пожалуй, так лучше будет.
Дворника лучше всего было застать с утра, за работой.
Уже в семь часов утра Андрей был на месте.
Дворник шаркал метлой по асфальту и ворчал:
– Ходют и ходют, мусорят и мусорят, никакой тебе культуры!
Андрей представился, предъявил удостоверение и спросил о людях в форме.
– Вохровец? Да он к Людке из пятьдесят третьей квартиры ныряет.
В пятьдесят третьей квартире Андрей был, но мужчина, открывший ему дверь, утверждал, что к ним в гости никто не приходил.
Дворник увидел на лице Андрея тень сомнения.
– К ней! Ежели ты при ее мужике спрашивал, не скажет. Кто же при муже о полюбовнике заявит? Она баба видная, муж днями на работе, чего же ей не крутить хвостом? Сама-то она по сменам работает, в парикмахерской, маникюршей.
– Хорошо. Я на лавке посижу, а как ее муж выйдет, вы знак подайте. Скажем, кашлянете или метлу уроните.
– Сделаю! – Дворник едва не вытянулся во фрунт, взяв метлу, как винтовку.
– Только тянуться передо мной не надо, а то со стороны заметно.
