Боевик о ветеране Великой Отечественной войны, опере легендарного МУРа, который переносит фронтовые методы в криминальный мир послевоенной Москвы. В жарком лете 1953 года он встанет лицом к лицу с опасными врагами, где его боевой опыт и хладнокровие становятся главным оружием в борьбе с...
Остальные успели забежать в другой барак, по соседству. Андрей обернулся, шорох сзади. А это два солдата добежали.
– Один – приготовь оружие, второй – открой дверь и в сторону. А первому – огонь веером по бараку.
Так и сделали. Очередь с поводкой по внутреннему помещению. Андрей первым ворвался. У окон трое убитых, ещё один у самых дверей валяется. И оружие их здесь – карабины образца 1944 года.
– Занять позиции у окон. В бараке напротив – бандиты. Не торопиться, стрелять по видимой цели.
Бойцам немного легче стало, всё же укрыты за бревенчатыми стенами, а не бегут по открытой местности. В это время с другого торца барака ворвались бойцы во главе с Павлом.
– Где бандиты?
– В бараке напротив.
В подтверждение его слов хлопнул винтовочный выстрел. В ответ очереди из двух автоматов. Один боец выглянул.
– Попал!
Андрей и Павел сошлись в центре барака.
– Как дальше действовать будем? – спросил Павел.
– Несколько бойцов здесь оставить надо, с остальными в обход. Боюсь, главарь под прикрытием шестёрок сбежать может.
– Согласен.
– Тогда я беру четверых, обхожу барак. Ты не давай блатным высовываться из окон.
– Понял.
Андрей ткнул пальцем в солдат.
– Ты, ты, ты и ты – за мной."
"Андрей первым шёл. Осторожно выглянул из-за угла. Сбоку очередь, пули густо ударили по стене, щедро осыпав Андрея пылью и древесными щепками. Андрей назад отпрянул. Но успел заметить, откуда вели огонь. Как он и опасался, главарь устроил «сюрприз» – одного из подручных посадил на вышку, с которой хорошо просматривалась вся территория. Вышка из брёвен, но площадка для караульного досками обшита, сверху крыша для защиты от непогоды. Тонкие доски не преграда для автоматной пули. Андрей повернулся к солдату:
– Земляк, дай автомат.
Пистолет в карман сунул, взял «папашу», как на фронте солдаты ласково называли «ППШ». Бросился вперёд, упал, из положения лёжа открыл огонь по сторожевой вышке. Одна короткая очередь, вторая, третья. Затвор клацнул, кончились патроны. Но выстрелы не прошли даром. Он увидел, как из проёма вышки безвольно высунулась нога. Или убит, или ранен, главное – не опасен. Броском вернулся в барак, вернул автомат солдату.
– Перезаряди, патроны кончились.
Сейчас Андрей пожалел, что из Москвы не успели прийти фото и установочные данные на Первушина. Захватить бы его живьём и допросить. В лицо его знает из тех, кто сейчас на территории лагеря, только бывший начальник колонии, который ранен.
– Проверьте магазины, сейчас вперёд рванём.
Солдат жалко, молоденькие.
