Возвращение в столицу после долгих лет разлуки — Андрей вновь становится участницей важных городских событий, хотя его жизнь за последние годы полна перемен и новых вызовов. Лето пятьдесят третьего ознаменовалось свадьбой Марии и Андрея, а вокруг жилы жизни: новые знакомства, тревожные перемены и неизбежный прилив впечатлений....
Феклистов крикнул:
– Эй, есть кто-нибудь?
Кладовщик никогда ворота открытыми не бросит, если уходит. На нём материальная ответственность, ценности на сотни тысяч, а то и на миллионы рублей. Откликнуться должен, а в ответ на вопрос Феклистова тишина.
– Парни, по-тихому вперёд!
Двинулись между стеллажами, кто-то из оперов зацепился за какую-то железяку, громыхнуло. Тут же вспыхнул свет, и сразу раздались выстрелы. Палили несколько бандитов с дальнего конца склада. Ловушку устроили, рассчитывая перебить милиционеров.
Трое бандитов убиты, двое ранены, на пол свалились, кричат от боли. Это хорошо, поскольку вопли их других бандитов деморализуют. Оперативники без команды вперёд продвигаться стали короткими перебежками. Выстрел, бросок вперёд, ещё выстрел. Бандюки за тюками с товаром попрятались. Один из них, осознав угрозу уничтожения банды, кинулся в распахнутые ворота. Снаружи грохнули два выстрела. Это сработали опера, оставленные Феклистовым.
Андрей приметил бандита, похоже – главаря.
– Лома убили!
И сам выскочил из-за стеллажа. В рост стоит, палит с двух рук беспорядочно, кричит:
– Волки позорные! Мусора!
И тут же рухнул замертво, получив несколько пуль от оперов. Минутная тишина. Потом голос из-за тюка:
– Не стреляйте, сдаёмся!"
"– Бросьте оружие, чтобы я видел.
Поднялись два бандита, отшвырнув пистолеты.
– Три шага вперёд, на колени!
Один бандит выполнил приказ, другой кинулся в ворота. Всего-то четыре-пять метров до них, а не добежал. По бандиту одновременно выстрелили Андрей и Феклистов. К стоявшему на коленях подбежали оперативники, надели наручники, подняли, обыскали. Во внутреннем кармане обнаружили двое золотых часов с браслетами.
