Возвращение в столицу после долгих лет разлуки — Андрей вновь становится участницей важных городских событий, хотя его жизнь за последние годы полна перемен и новых вызовов. Лето пятьдесят третьего ознаменовалось свадьбой Марии и Андрея, а вокруг жилы жизни: новые знакомства, тревожные перемены и неизбежный прилив впечатлений....
Опером оказался подполковник, Андрей сразу уяснил должность – важняк, как называли в милицейской среде оперативников по особо важным делам.
– Фролов, – представился Андрей.
– Мог бы и не называться, я тебя узнал. Не помнишь меня?
– Простите, не припоминаю.
– Федька Одноглазый. Ты ещё постовым был, по-моему. Мы тогда на переезд выезжали.
– Припоминаю.
Уже сколько лет прошло, тогда темно было, а приехала целая следственная бригада. А вот важняк его запомнил, видимо – память отменная.
– Да ты присаживайся.
– На месте убийства отпечаток его пальца обнаружился.
– О как! Вышел, стало быть! А ведь ему червонец дали, душегубу.
– Амнистия, наверное.
– Личность известная в криминальных кругах. Мясник, руки по локоть в крови. Почти всегда потерпевших убивает. Ограбил – убил. В одной семье детей не пощадил.
– У меня два трупа в квартире, и у обоих глаза выкололи. Убиты ножом в сердце. Удары профессиональные, опыт чувствуется.
– Можешь поднять в архиве дела за сорок пятый год, он тогда срок маленький получил за недостаточностью улик. И за сорок девятый год. Судили в последний раз Бабушкинским судом. У нас разыскное дело, в судебном архиве уголовное. Тебя же больше фото интересует, подельники, связи?
– Именно.
– Тогда разыскное дело смотри. Я вёл, кое-что полезное для себя найдёшь.
В архиве Андрей застрял надолго. Сначала вместе с архивариусом разыскное дело искал. От пыли многолетней оба испачкались, в носу чесалось, чихали, как гриппозные.
– Вы уже закончили, молодой человек? А то скоро общественный транспорт прекратит работу.
– Простите, задержал я вас.
– Ничего, я один живу, вдовец. Рад был, что смог помочь.
– Ещё как помогли!
Андрей сложил листки, сунул в карман.
