Я ложусь на плечо мужа и слегка царапаю его бок, там, где тату, ноготками.
— Я своего любимого котика ни за что на другого не променяю, — растягиваю улыбку чеширского кота.
Алекс урчит и подминает меня под себя.
— А я тебя никуда и не отпущу. Буду заставлять влюбляться в меня снова и снова… — целует, — снова и снова… — очередная порция поцелуев.
Одной рукой он обхватывает оба моих запястья и прижимает к кровати над головой, а вторая рука скользит под неглиже.
Горячая ладонь обжигает кожу и двигается к груди. Он слегка сжимает одну и прикасается губами к соску.
Тело ломит, а внизу живота появляется тянущее чувство желания.
Губы накрывают быстро бьющуюся вену на шее, а зубы несильно впиваются в неё. Следом снова поцелуи. В голове стучит лишь одна мысль — возьми меня!
Но Алекс не делает этого, долго и упорно терзает лаской, пока я содрогаясь от желания не вцепляюсь в него. Он издаёт злорадный смешок и наконец-то входит в меня.
Почти сразу накрывает волной оргазма.
Любимый продолжает, не давая мне опомниться, заставляет выгибаться и громко стонать.
Пальцами теребит мой клитор и опять меня топит цунами экстаза. Я впиваюсь ногтями в его ягодицы, заставляя войти в меня глубже, до сладкой боли.
Алекс стонет и ускоряет темп, достигая своего оргазма.
Блаженство…
****
Том, не смотря на разрешение, не сразу стал посещать наш дом. Прошло больше недели, прежде чем я увидела его у нас в гостях.
Он сидит с Лимой в гостиной. Они целуются.
Что-то мне это напоминает… Не хватает только конюшни и сена.
— Добрый день! — с силой бросаю папку с документами на журнальный столик.
Они отпускают друг друга.
Только в этот раз в глазах парня не стыд и испуг, а наглость. Он кайфует от этой ситуации. Смотрит прямо, не отрывая глаз… У меня от него уже пупырчатые мурашки по коже.
— Ты уже вернулась? — поправляет одежду Лима и застегивает пуговицы на блузке.
— Не советую вам этим… — кручу пальцем. — Заниматься здесь. Если бы вместо меня зашёл Алекс, то получили бы оба.
— Мы уроки учили, — поднимает девушка с пола учебник.
— Интересно какие? — смотрю на книгу в её руке. — История Соединённых Штатов? И как она вяжется с вашими поцелуями? Не помню, чтобы янки с южанами в дёсна целовались.
Том хихикает. Я гляжу на него со злостью. Он пытается подавить смех.
— Извини… — всё ещё пробивается у него смешок.
Я забираю папку и ухожу к себе в кабинет.
Попытка работать провалена, ни черта не получается. Перед глазами то и дело встаёт картина их поцелуев.
