Автор
Разоблачение — он знает мое настоящее имя! Страх парализует меня на несколько секунд, пока осознание этого факта взмывает у меня в груди. Но даже сейчас, лежа на груди своего босса, я не могу его вырваться. Его рука сжимает мою талию так же крепко, как и всегда, но я уже не зову помощи — моя голова заполнена хаотичными мыслями....
Потом спросил, можно ли будет через меня передать маленький подарок с сюрпризом на его день рождения седьмого ноября. Только положить его надо будет втайне в бардачок его машины около водительского сиденья. Сюрприз же.
Я, конечно же, согласилась, с друзьями Андрея дружить полезно! А уж как подарок положить внутрь, что-нибудь придумаю, первый раз, что ли, хехе. Кстати, день рождения-то совсем скоро!
P.S."
"Ой, а я же забыла сказать самое главное!!! Спросила Германа, почему Андрей всегда после вечеринок трезвый и неприступный.
Я обалдела, честно говоря! Этот Батянин вообще терминатор какой-то(((Как же его в постель затащить тогда?!»
Морщусь, быстро перелистываю дневник к следующей «закладке».
Четвертая запись датирована девятым ноября, вскоре после упомянутого дня рождения Батянина.
«Несколько дней не писала, просто не могла(((Мне страшно. Еще дико плохо оттого, что нельзя поделиться страхом с маман. Она же не в курсе насчет того, что я натворила с тем сюрпризом от сволочного Германа((((
У меня вообще до сих пор шок от того, что случилось в днюху седьмого ноября. Трясет всю. Потому что машину предков Андрея в тот день отправили на техосмотр… Они сели в машину сына на старой парковке за универом и подорвались.
Ребята с его курса говорили, что сам Андрей в момент взрыва находился на другом конце парковки, и это его спасло. Но он получил черепно-мозговую травму металлическим осколком, и ему лицо располосовало с одной стороны.
Короче, теперь его предки в реанимации, и врачи не уверены, что они выживут.
Герман оказался никаким не другом. Теперь непонятно, кто это вообще такой, и откуда столько знает про Батянина.
