Автор
Разоблачение — он знает мое настоящее имя! Страх парализует меня на несколько секунд, пока осознание этого факта взмывает у меня в груди. Но даже сейчас, лежа на груди своего босса, я не могу его вырваться. Его рука сжимает мою талию так же крепко, как и всегда, но я уже не зову помощи — моя голова заполнена хаотичными мыслями....
Кошмар! Во что Лебеда меня втягивает? В какой-то… дурацкий хоровод женихов-поклонников, блин. Да ещё и мою маскировку отобрал. Только фиг он завтра без нее меня увидит! Кажется, в прошлый свой приезд бабушка Веньки и Славки забыла у нас свои очки. И они ещё более стрёмные, чем мои собственные…
Просто идеальный вариант для такого гадкого утёнка, как я!
Глава 10. Тренд на ретро, или «Бабка-стайл»
Всё утро чувствую себя не в своей тарелке.
Вчерашнее решение сделать из себя страшилу уже не кажется таким замечательным.
Когда я иду на автобусную остановку, утренние престарелые бабки на лавочке возле продуктового магазина дружно поворачиваются в мою сторону и провожают одобрительными взглядами.
— Прям как я в молодости, — доносится мне в спину. — Такую же зейлёную юбку до икры носила и кофточку коришневую в белый горох! Только зренье себе спортила вязаньем попозжее… Эх, были времена! Приличные девчата, честные ребята…
Я морщусь и ускоряю шаг, чтобы поскорее запрыгнуть в подъехавший автобус.
Ничего, вот потерплю немного, ввергну избалованного красотками Лебеду в ужас и забуду этот день, как кошмарный сон. К такой страхолюдине он точно подкатывать на глазах у сотрудников и моделей не захочет.
Кошмарная блузка и юбка а-ля шапокляк обнаружилась в ящике комода, вместе с очками в толстой «черепаховой» оправе. Главное неудобство заключалось в том, что диоптрии линз у бабкиных очков были намного мощнее тех, что прописали мне, поэтому пришлось приспустить очки на нос, чтобы смотреть на дорогу поверх оправы.
Так что выгляжу я сегодня, мягко говоря, словно карикатура на вечно недовольную училку. Ту самую, которая взирает на мир исключительно исподлобья и одевается в секонд-хэнде из времён эдак восьмидесятых годов прошлого века.
Именно по этой причине охранник на служебном входе сбоку от парадных раздвижных дверей даже не сразу узнает меня и преграждает путь:
— Э-э… прошу прощения… м-м… женщина… мы ещё не открылись.
— Я тут работаю, — отвечаю ему ехидно и предъявляю пропуск.
Физиономия охранника вытягивается, но он отступает в сторону. Так и чувствую на своей спине его шокированный взгляд, когда внедряюсь в это царство красоты со своим уродливым прикидом.
