Автор
Разоблачение — он знает мое настоящее имя! Страх парализует меня на несколько секунд, пока осознание этого факта взмывает у меня в груди. Но даже сейчас, лежа на груди своего босса, я не могу его вырваться. Его рука сжимает мою талию так же крепко, как и всегда, но я уже не зову помощи — моя голова заполнена хаотичными мыслями....
Я тебе его требо… — тут он запинается и со скрипом поправляет себя: — …просьбу передаю. Угомони ты того перца, а? Из-за него весь наш поселок на ушах теперь стоит. Каждый в твою сторону чихнуть боится, а ну как ты споткнешься и ногу подвернешь случайно? А отвечать нам, ля…
От необходимости как-то реагировать на эту просьбу меня избавляет автобус. Он натужно и призывно тарахтит при торможении перед остановкой. Так что я ограничиваюсь только прощальным взмахом руки разочарованному Гоблину, который так и не услышал от меня ничего толкового, и протискиваюсь в салон вместе с толпой недовольных утренних пассажиров.
Думала, хоть за прилавком в уже привычной скукоте без покупателей расслаблюсь и спокойно обдумаю слова Гоблина, но не тут-то было.
Вместо обычного тихого утра на точке у Ашота какая-то суета. Несколько мужиков-дуболомов в неказистых черных куртках плотно обступили прилавок и что-то негромко, но агрессивно втолковывают абхазцу. Особенно распинается сутулый дылда — судя по всему, самый авторитетный в этой группе.
Возле соседних торговых точек тоже стоят подозрительно-уголовного вида мужики, но там все спокойно. Только ушлые продавцы за прилавками суетливо набивают что-то в телефонах под пристальными взглядами своих наблюдателей.
Интуиция сразу тревожно шипит и подсказывает, что происходит что-то неладное… но что делать? Не разворачиваться же и бежать непонятно от чего?
Хотя вообще-то догадки у меня есть.
— Доброе утро, — здороваюсь осторожно в сторону крепких спин, загородивших Ашота.
Угрожающий бубнеж сутулого обрывается и все на меня синхронно оборачиваются."
"— М-м… утро доброе, Дианэчка, — скованно отзывается абхазец.
— Это, чтоль, девчонка твоя новая? — ухмыляется один из дуболомов.
Смотрю на него молча и понимаю, что в присутствии таких типов лучше придерживать язык. Они если прицепятся, то проблем больших и маленьких создадут даже не воз и тележку, а целый самосвал. И Гоблин с его дружками на их фоне просто детский сад.
Ашот торопливо говорит мне:
— Иди домой, Дианэчка, выходной у тебя сегодня будет.
Я с сомнением оглядываюсь на выход.
