В комнате Галки зажигается первая слабая лунная света, освещая мелодичный крик птицы с витой черепахи на окне. Галина Николаевна чувствует тихую руку нежности, прижимающую ее голову к плечу родной мамы — воспоминание о жизни перед лицом смерти раскрывает мирские радости в новой свете. Кровать словно дом, где скрываются тайны и миры, притягивающие Галю ко рту серого покрывала до дыр — знакомая и незнакомая атмосфера окутывает ее во сне....
"
"За своей неприязнью Эми никогда не замечала ни красивых волос, тщательно спрятанных в тугие толстые косы, ни нежной бархатной кожи, ни завораживающего оттенка серых глаз, ни тонких черт, которые не портила даже излишняя полнота.
Мать девушки в свое время была настоящей красавицей, и Висконсия пошла именно в нее. А полнота развилась из-за практически неподвижного образа жизни и излишеств в еде — барон любил дочь безгранично, отчего не знал меры, когда баловал ее всякими вкусностями.
— Не хочу спать, — ответила Галина Николаевна.
Встрепенувшись, Эми вернулась мыслями в реальность.
— Что ты такое говоришь, милочка? — произнесла служанка. Галина только удивилась тому, какой хорошей актрисой оказалась эта аферистка. Если бы не случайность, то она никогда бы не узнала настоящих мотивов странной парочки. — Тебе нужно больше спать. Ты еще так слаба. Ты ведь не хочешь огорчить своего папочку?
— Папу? — Галина с интересом посмотрела на служанку.
— Да, да, папочку, — закивала Эми. Подойдя ближе, она принялась гладить девчонку по голове, словно пытаясь таким способом снизить бдительность, отвлечь. — Папочка скоро должен прийти за тобой, но если ты будешь плохой девочкой, то он передумает и оставит тебя здесь. Ты ведь этого не хочешь?
Наклонившись, она проникновенно заглянула в глаза. Галина Николаевна вздохнула и покачала головой. Конечно, она понимала, что никто за ней не придет, но, судя по всему, бедная девушка об этом даже не догадывалась.
— Вот и хорошо, — довольно сказала Эми и только сейчас заметила, что девчонка полностью одета. На короткий миг она даже замерла от удивления. Не было ни одного раза, когда эта сумасшедшая смогла бы самостоятельно одеться. Тревога кольнула сердце, но сразу исчезла как дым на ветру. — Милая, ты что же, сама оделась?
Галина кивнула, настороженно посматривая на женщину из-под ресниц. Она слегка напряглась, не зная, как будет реагировать на это служанка.
— Ох, — Эми всплеснула руками, и ее глаза наполнились слезами. — Совсем большая стала. Папа будет гордиться тобой.
Галина растянула губы в улыбке, а потом опустила голову и принялась теребить ткань на юбке. Женщина еще пыталась с ней поговорить, но потом махнула рукой, решив, что девчонка снова ушла в себя, как с ней иногда случалось.
Стерев с лица дружелюбное выражение, она подошла к сундуку.
