В комнате Галки зажигается первая слабая лунная света, освещая мелодичный крик птицы с витой черепахи на окне. Галина Николаевна чувствует тихую руку нежности, прижимающую ее голову к плечу родной мамы — воспоминание о жизни перед лицом смерти раскрывает мирские радости в новой свете. Кровать словно дом, где скрываются тайны и миры, притягивающие Галю ко рту серого покрывала до дыр — знакомая и незнакомая атмосфера окутывает ее во сне....
Он никогда не сомневался в разуме Леграна.
— Но зачем все усложнять? — Эруард постучал пальцем по столешнице, пытаясь найти ответы. До ночи осталось совсем мало времени, ему нужно было торопиться, так как он не хотел оставлять возлюбленную без защиты. — Если он хотел избавиться и от матери, то мог просто заказать и ее. Хотя не думаю, что это было бы просто, — продолжил Эруард практически сразу, не дав Пакому даже слово сказать. — Если раньше смерть Висконсии вряд ли кого-нибудь встревожила бы, то смерть Аленсии заставила бы свет уделить этому событию больше внимания.
— Королю не нравится, когда его подданные дерутся из-за наследства слишком заметно, — Паком хмыкнул.
— Да, ты прав, — Эруард тоже фыркнул. Иногда поведение людей его изумляло. Взять хотя бы короля. Он делал вид, что не одобряет, а на самом деле ему, как считал Легран, было плевать на мнение высшего света. Правитель просто старался держать людей в рамках, явно опасаясь, что аристократы, если их не контролировать, перейдут черту. При этом король всегда делал вид, что ему искренне жаль, весьма правдоподобно имитируя эмоции.
Возможно, Эруард даже мог бы поверить в искренность короля, если бы однажды не увидел, как быстро сменилась у того скорбь на безразличие и легкое презрение. Повезло, что сам правитель не видел, что за ним наблюдают."
"— Если бы мальчишка замахнулся на свою мать, не предприняв при этом никакого отвлекающего маневра, то королю пришлось бы инициировать тщательное расследование, — снова заговорил Эруард.
— Аристократия всегда относилась к таким событиям двояко. — Допив пиво, Паком добавил себе еще, также наполнив и кружку Эруарда. — С одной стороны, они крайне боятся, что нечто подобное может однажды произойти с ними. А с другой стороны, их буквально трясет от экстаза, — Гордон презрительно скривился. — Больше этого они любят только публичные казни.
Легран рассеянно кивнул, не желая комментировать слова друга. Он и сам хорошо знал, каким был высший свет.
