В комнате Галки зажигается первая слабая лунная света, освещая мелодичный крик птицы с витой черепахи на окне. Галина Николаевна чувствует тихую руку нежности, прижимающую ее голову к плечу родной мамы — воспоминание о жизни перед лицом смерти раскрывает мирские радости в новой свете. Кровать словно дом, где скрываются тайны и миры, притягивающие Галю ко рту серого покрывала до дыр — знакомая и незнакомая атмосфера окутывает ее во сне....
— Вам мало того, что вы забрали у нас с сыном все, так вы еще хотите меня… — Аленсия вздрогнула, представив свою дальнейшую жизнь.
Аленсия задохнулась. Она вскочила на ноги и замерла, не зная, что делать. Это не должно было случиться! Это все дурной сон! Просто дурной сон!
Глянув на бумагу в своей руке, баронесса нервно разорвала ее, будто это должно было развеять кошмар.
— Это копия, — противно, как ей показалось, протянул Легран. Закинув ногу на ногу, он откинулся на спинку кресла и положил руки на подлокотники.
Аленсии хотелось кинуться вперед, вцепиться в это улыбающееся лицо пальцами, а лучше ногтями. Она очень хорошо могла представить, как будет выглядеть этот человек с глубокими царапинами, рассекающими его кожу. Это была прекрасная картина.
— Я подниму шум, — предупредила она. — Его величество не должен так поступать с одной из своих верных подданных.
Легран фыркнул, удивляясь тому, какими все-таки наглыми бывают люди.
— Только королю решать, как он должен или не должен поступать с преступниками, — пропел Эруард, не торопясь заканчивать представление.
— Но суд?.. — добавив в голос жалобную нотку, спросила Аленсия, неосознанно прибегая к своим стандартным уловкам. Обычно мужчины ели у нее из рук без всякого возражения.
— Вы прекрасно знаете, что король сам может выносить приговоры. Суд был создан только для того, чтобы снять с его плеч лишнюю тяжесть, но это не значит, что правитель полностью утратил право выносить решения единолично.
Легран не лгал. Суд появился не так давно. Раньше система была несколько иной. Проблемы или преступления были в ведомстве того, кто управлял конкретной областью.
Если закон преступал простой мужик, этим занимался староста деревни. Если староста не мог сам решить, он шел к барону. Если преступление было слишком серьезным и барон не знал, какое наказание назначить, то в дело вступал граф. Король был последней инстанцией, к которой обращались, но даже так дел было слишком много.
Кроме этого, делами аристократии раньше занимался исключительно правитель. Сейчас высший свет был обязан обращаться сначала в специально созданный не так давно орган. К королю шли в самых исключительных случаях.
Когда первая паника прошла, Аленсия ощутила ярость. Как эта дрянь посмела?! Как только могла подумать, что у нее есть право что-то требовать?!
Аленсии хотелось что-нибудь сломать.
