В комнате Галки зажигается первая слабая лунная света, освещая мелодичный крик птицы с витой черепахи на окне. Галина Николаевна чувствует тихую руку нежности, прижимающую ее голову к плечу родной мамы — воспоминание о жизни перед лицом смерти раскрывает мирские радости в новой свете. Кровать словно дом, где скрываются тайны и миры, притягивающие Галю ко рту серого покрывала до дыр — знакомая и незнакомая атмосфера окутывает ее во сне....
Эруард не сомневался, что Элоиза уже рассказала всем, кому можно и нельзя, о своем шаге. Значит, совсем скоро весь двор будет знать о будущей свадьбе. Отзыв притязаний был отличным шансом сохранить свою репутацию.
Простая просьба вряд ли подействует на барона. Раз уж его дочь решилась на подобное, то совершенно точно обсудила все со своим отцом. Если барон дал согласие, то выходит, что брак с семьей дель Легран принесет ему выгоду.
Для начала следует все-таки поговорить с бароном. И если разговор и убеждения не помогут, то останется только одно — шантаж.
Сжав губы, Эруард глянул в окно. Он не любил прибегать к таким методам, но ему не оставили выхода.
Глава 5
— Висконсия дель Каруссо. Это вы? — стражник поднял взгляд от бумаги и вопросительно посмотрел на Галину Николаевну. Странный вопрос, учитывая, что именно она передала ему бумаги, но, видимо, ему требовалось подтверждение данного факта от нее лично.
Услышав имя, Галина на пару мгновений замерла.
«Висконсия. Значит, так звали бедную девочку, — подумала она с легкой грустью. Ей действительно было жаль несчастного ребенка. — Теперь это будет мое имя».
— Да, — ответила она вслух. — Вы сомневаетесь?
— Нет, — стражник даже не думал как-то реагировать на эти слова. Он снова опустил взгляд на бумаги и еще раз пробежался по строкам. — Ни один здравомыслящий человек не станет выдавать себя за аристократа, — он усмехнулся, словно уже мысленно пожалел не слишком умного индивидуума.
— Почему? — полюбопытствовала Галина Николаевна.
— За подобное преступление казнят, — отозвался мужчина, пожав плечами.
Галя слегка побледнела. Сказано это было с такой с легкостью и безразличием, что сразу становилось понятно — смертные казни в этом мире абсолютно нормальное явление.
— Разве вы не знали? — стражник чуть прищурился, окидывая ее взглядом, словно хотел увидеть нечто, скрытое от посторонних.
— Знала, — мгновенно ответила Галина. — Просто, понимаете, — она всеми силами заставила себя смутиться, — я очень долго болела. Очень долго, — последние слова она повторила медленно и со значением.
Взгляд мужчины прояснился. Он кивнул, давая понять, что ее слова достигли цели. Сам он в это время думал о том, что некоторым родителям не стоит так сильно опекать своих детей, иначе это может привести к нежелательным последствиям."
"Взять хотя бы эту баронессу.
