В комнате Галки зажигается первая слабая лунная света, освещая мелодичный крик птицы с витой черепахи на окне. Галина Николаевна чувствует тихую руку нежности, прижимающую ее голову к плечу родной мамы — воспоминание о жизни перед лицом смерти раскрывает мирские радости в новой свете. Кровать словно дом, где скрываются тайны и миры, притягивающие Галю ко рту серого покрывала до дыр — знакомая и незнакомая атмосфера окутывает ее во сне....
Лёка сразу сообразила, что мужчина принадлежал к богатому сословию. Сейчас, когда у Галины появилось больше времени на разглядывание, она поняла, что девочка права.
Одежда явно отличалась от всего, что Галя привыкла видеть на простых горожанах. Ткани выглядели дороже и качественнее. На одежде имелись многочисленные металлические и кожаные элементы, отчего наряд казался внушительнее.
На первый взгляд у мужчины не было никакого оружия, но он все равно создавал впечатление воина. Примерно такими их изображали в фэнтезийных фильмах.
В какой-то момент мужчина пришел в себя. Застонав, он кое-как открыл глаза и попытался перевернуться. При этом он потянулся здоровой рукой к раненому плечу.
— Не двигайтесь, — попросила Галина, удерживая его от опрометчивого поступка.
Звук чужого голоса заставил человека напрячься. Его глаза моментально отыскали ее. Нетрудно было заметить угрозу, которой они в тот же миг наполнились.
— Я не причиню вам вреда, — торопливо заверила Галина Николаевна.
Она невольно вспомнила трупы, оставшиеся в переулке не так далеко от ее дома.
— Вы в безопасности, — заверила она, пристально наблюдая за здоровой рукой мужчины.
Галина надеялась, что человек способен мыслить рационально и не нападать на всех, кто ему незнаком. В ином случае придется отбросить заботу о его плече и причинить ему боль. Да, она гораздо слабее, но мужчина был ранен, поэтому можно было надеяться на успех, если дело дойдет до противостояния.
Ее слова, казалось, слегка успокоили молодого человека. Он недоверчиво посмотрел на нее, а потом немного огляделся. Спустя несколько секунд он вернул взгляд на ее лицо. За этим последовала долгая пауза. Темно-карие глаза молодого мужчины были слегка затуманены болью, но все равно смотрели цепко.
Галина не отводила глаз, пытаясь понять, о чем думает этот человек и что собирается делать. Она очень надеялась, что в эту минуту он не размышляет о том, каким способом убить ее.
— Я хочу есть, — прохрипел он наконец, разбивая напряжение, невольно скопившееся между ними.
По неясной причине Галина Николаевна почувствовала себя обиженной. Он хочет есть? Эти мысли у него появились после того, как он посмотрел на нее? Неужели она действительно настолько напоминает пухлую булочку?
Мысленно обругав себя, Галина попыталась затолкать неуместные мысли в самый дальний уголок души. В конце концов, в том, что раненый человек хочет есть, не было ничего странного.
