Автор
В темное утро Частиллон излучает враждебную тьму, когда последние лучи заходящего солнца падают на его высокие стены и выступающий остров. Дэмиен взирает на это злое строение изумрудными глазами своего народа, чувствуя приближение беды как нечто холодное и тяжелое в воздухе....
Он закрыл глаза и сосредоточился на ощущении этих медленных неглубоких толчков — медленного проникновения внутрь и обратно — все, что он мог позволить себе, его единственная защита против инстинктивного желания протолкнуться внутрь глубже, чем он когда-либо был, оставить след внутри Лорена и навсегда удержать этот момент.
— Лорен, — прошептал он, теряясь в ощущениях.
Чтобы получить то, что хочешь, нужно точно знать, скольким ты готов пожертвовать.
Никогда еще он не хотел чего-то так сильно и не держал это в своих руках, зная, что завтра это исчезнет, проданное за высокие утесы Айоса и неясное будущее, лежащее за границей, за шанс предстать перед своим братом и попросить у него ответы на все вопросы, которые больше не казались столь важными.
Глубже — он боролся с непреодолимым побуждением. Он боролся, чтобы удержаться, хотя его тело искало свой собственный ритм, его руки блуждали по груди Лорена, губы касались его шеи, и в закрытых глазах было желание держать его настолько близко, насколько возможно.
— Лорен, — повторил Дэмиен, и полностью вошел в него; каждый толчок приближал его к кульминации, которая нарастала внутри, и все же он хотел быть глубже.
Весь вес тела Дэмиена был на Лорене, вся его длина двигалась внутри Лорена, и это было совершенно чувственно: спутанные стоны, которые издавал Лорен по-новому, сладко невнятные, разгоряченное лицо, отведенная на бок голова; вид и звуки слились с горячими толчками в тело Лорена, с пульсом Дэмиена, с дрожью его собственных мышц.
Внезапно он представил себе, как это могло бы быть, окажись они в том мире, где у них есть время. Не было бы спешки и не пришлось бы ставить точку — были бы только сладко тянущиеся друг за другом дни, проведенные вдвоем, долгие, томные занятия любовью, когда он мог бы часы проводить внутри.
— Я не могу… Я должен… — услышал себя Дэмиен, слова вырвались на его родном языке. Отдаленно он услышал, как Лорен ответил ему на Виирийском в тот момент, когда почувствовал, что Лорен достиг экстаза, почувствовал пульсирующий рывок его тела и первую мокрую полосу, горячую, как кровь.
Глава 20
Время от времени Лорен, не просыпаясь, ворочался рядом с ним.
