Автор
В темное утро Частиллон излучает враждебную тьму, когда последние лучи заходящего солнца падают на его высокие стены и выступающий остров. Дэмиен взирает на это злое строение изумрудными глазами своего народа, чувствуя приближение беды как нечто холодное и тяжелое в воздухе....
Глава 19,5
Дэмиен был счастлив. Это чувство исходило от него, тело отяжелело, а он сам был удовлетворен. Он видел, как Лорен выскользнул из постели, но ощущение его сонливой близости все еще оставалось.
Когда Дэмиен услышал шаги Лорена по комнате, то он, оставаясь обнаженным, повернулся, чтобы насладиться видом, но Лорен исчез в арочном проходе, который вел в другую комнату покоев.
Дэмиен был согласен ждать; он нагим лежал на простынях, и его единственными украшениями служили золотые рабские браслеты и ошейник.
Дэмиен за шнуровку вытянул из-под себя мешающую рубашку, затем, недолго думая, скомкал, вытерся ею и скинул с кровати. Когда он поднял взгляд, то Лорен снова появился в арке.
На Лорене не было ничего, кроме его белой нижней рубашки. Должно быть, он подобрал ее с пола; у Дэмиена в мыслях всплыло сладкое воспоминание, как он стягивал ее, запутавшуюся, с запястий Лорена.
— Я принес тебе полотенце, но, я вижу, ты уже сымпровизировал, — сказал Лорен, останавливаясь у стола, чтобы налить воды в кубок, который затем поставил на низкий прикроватный столик.
— Возвращайся в постель, — сказал Дэмиен.
— Я… — начал Лорен и остановился. Дэмиен поймал его руку, переплетая их пальцы. Лорен посмотрел на их соединенные ладони.
Дэмиен был изумлен этим ощущением: оно было новым, каждый удар сердца казался первым, и Лорен изменился перед ним."
"Лорен вернул назад не только свою рубашку, но и мелькающее подобие своей обычной отстраненности. Но он возвратился не в своей туго зашнурованной одежде с высоким воротником и в сверкающих сапогах, как мог бы сделать.
Лорен почти не сопротивлялся, и одно его колено оказалось в шелках постели, а рука неловко легла Дэмиену на плечо. Дэмиен взглянул на него, на его золотистые волосы, на не зашнурованную рубашку, приоткрывающую тело. Руки и ноги Лорена были чуть напряжены, особенно, когда он неловко двинулся, чтобы поймать равновесие — так, словно не знал, что делать.
