Автор
В темное утро Частиллон излучает враждебную тьму, когда последние лучи заходящего солнца падают на его высокие стены и выступающий остров. Дэмиен взирает на это злое строение изумрудными глазами своего народа, чувствуя приближение беды как нечто холодное и тяжелое в воздухе....
Даже Теомедис со всей поддержкой наместников за плечами не хотел соревноваться с Рейвенелем. Но маленький отряд Акиэлосских солдат мог пересечь границу между гарнизонами, мог проникнуть в Виир, найти незащищенную деревню и уничтожить ее.
Лорен подошел и встал рядом с ним.
— Есть выжившие, — сказал Лорен. — Я хочу, чтобы ты допросил их.
Он вспомнил женщину, бившуюся в его руках.
— Не думаю, что именно мне следует…
— Акиэлосские выжившие, — коротко сказал Лорен.
Дэмиен глубоко вдохнул, это ему нравилось еще меньше.
Он аккуратно сказал:
— Если бы Виирийцы попали в плен после такого нападения на Акиэлосскую деревню, их бы казнили.
— Их казнят, — ответил Лорен. — Выясни, что они знают о набеге на Акиэлос, который спровоцировал это нападение.
Не было веревок или оков, которые Дэмиен смутно предполагал, но, подойдя ближе к тюфяку в темной хижине, он увидел, насколько мала была в них необходимость для Акиэлосского пленного. Каждый вдох и выдох был слышен. Рана в его животе была ухожена. Но такие невозможно залечить.
Дэмиен сел рядом с тюфяком.
Этот человек был ему незнаком. У мужчины были жесткие вьющиеся темные волосы и темные глаза под густыми ресницами; волосы пропитались потом, и он стекал по лбу. Глаза мужчины были открыты и направлены на Дэмиена.
Дэмиен спросил на родном языке:
— Ты можешь говорить?
Мужчина сбивчиво и тяжело выдохнул и сказал:
— Ты Акиэлоссец.
Под слоем запекшейся крови он оказался моложе, чем сначала подумал Дэмиен. Девятнадцать или двадцать.
— Я Акиэлоссец, — ответил Дэмиен.
— Мы… захватили деревню?
Дэмиен был должен этому человеку честность; он был его соотечественником на грани смерти. Дэмиен сказал:
— Я служу Виирийскому Принцу."
"— Ты обесчестил свою кровь, — сказал мужчина голосом полным ненависти. Он швырнул эти слова со всей оставшейся силой.
Дэмиен подождал, пока спазм от боли и усилия, накрывший его после произнесенных слов, прошел, и дыхание приобрело прежний затрудненный ритм, каким был до того, как Дэмиен вошел в помещение. После этого он спросил:
— Набег на Акиэлос спровоцировал это нападение?
Последовали тяжелый вдох и выдох.
— Твой Виирийский хозяин послал тебя спросить это?
— Да.
— Скажи ему… Его трусливое нападение на Акиэлос убило меньше, чем убили мы. — Он произнес это с гордостью.
Злость была бесполезной. Она накатила на Дэмиена волной, так что он долгое время молча, безжизненно смотрел на умирающего человека.
— Где было совершено нападение?
Выдох, похожий на горькую усмешку.
