Автор
В глухом городке, забытом временем, батюшка читает молебен, а воробьи устроили шумную ссору рядом с его ногами. Над ним теснится и безразличная толпа, поглощаясь в невежестве стихийных баталий, и только я стараюсь сосредоточиться на молитве священника.
— Что за суицидник у нас тут? Или жертва всё-таки?
Лучше бы Петя молчал. Такой поток информации на служивого вывалил, что не будь рядом свидетелей, тот бы и сам его утопил.
На середине слезливой истории о том, как его заразила чем-то жрица любви, полицейский махнул рукой. Но Петю было не остановить. Он чуть ли не впритык встал к усатому и, смахивая скупую слезу, говорил о детях, которые голодают в степях, а ещё о каком-то маленьком негритёнке…
Которого он воспитывал, кормил, а тот сорвался с поводка и убежал.
А стоило ему упомянуть прыщик в интимной зоне, из-за которого девки шарахались аж за километр, как я уже не мог сдержать улыбку.
— Лучше бы вы его утопили, — честно сказал усатый, поворачиваясь к нам спиной. — Удачного дня.
На этом, к слову, все и закончилось.
Сидя уже в машине, я ещё долго не мог успокоиться. История Петра мало того что оказалась вымышленной, так он ещё и остановиться не мог. Чуть не уболтал, придурок, спокойного Кита, который после получения души стал вообще шелковым, резко затормозить и пристрелить его.
Этого, конечно, я не позволил. А ещё призадумался, что не того «раба» я сделал дипломатом, ох не того…
* * *Лекарственные средства решили припрятать всё у того же железного вагона, выполняющего функцию некоего склада. Пару порций, конечно же, я сразу положил в сумку, чтобы передать сестре, а вот все остальное убрал в ящик из-под старых рыбных консервов.
Ящик от медикаментов мы тут же сожгли недалеко от «вагона», после чего отправились обратно в офис, где меня ждала новая проблема.
Марьяна и изрядно надоевший Монеткин.
Под еле согревающие лучи осеннего солнца мы медленно катились по центральной дороге. Кит время от времени сигналил зевакам, который почему-то решили отоспаться в машине, а никак не добраться до дома и отдохнуть уже там. Я же пытался спланировать свою игру. Ибо план, как по мне, выходил просто шикарным.
— Босс, — в кабинет сунулась сначала голова Павла, а затем и он сам. — Ваша посылка доставлена домой к родителям.
— Что-нибудь спрашивали? — спросил я, не поднимая глаз от бумаг в руках.
— Нет. Отец твой расплакался, мать побледнела, а Лизка довольная как слон!
Я не стал спрашивать, знает ли он, как выглядят слоны. А то мало ли, вдруг они здесь на земных не похожи…
Паша, зараза, пришёл не только с хорошими новостями. Объявил, что в приёмной засели два хитрых еврея и требовательно настаивают на приёме.
— Сегодня не принимаю, так им и скажи.
— А я и сказал, — пожал плечами Кит.
