Автор
В глухом городке, забытом временем, батюшка читает молебен, а воробьи устроили шумную ссору рядом с его ногами. Над ним теснится и безразличная толпа, поглощаясь в невежестве стихийных баталий, и только я стараюсь сосредоточиться на молитве священника.
— Получишь магический канал, получишь первую способность. Понимаешь?»
Я честно ему ответил, что все то, что он мне сейчас сказал, для моего восприятия — ничто. Он попытался мне еще раз объяснить и в этот раз получилось чуть получше.
Он заявил мне, мол, если я открою «канал», то получу способность. А способность у меня стайная. Как у собаки какой-то.
При упоминании «собаки», я вспомнил мерзкое гавканье, во время драки с китайцами. И это он так… убого тявкал?
Собственно говоря, об этом я и спросил.
«Не понимаю, о чем ты говоришь, — перебил меня Койот.
Я только было хотел возмутиться, что ничего и никуда мне засовывать не нужно, как все внимание привлекла блондинка.
Она от души выругалась, швырнув телефон под ноги. Мгновение — и она приложилась по нему каблуком, а потом повернулась ко мне:
— Знаешь что, Вова… — её глаза сузились, а лёгкая улыбка не предвещала ничего хорошего.
— Сбыт? Чего сбывать собралась?
— Макры, — отмахнулась она, скрещивая руки на груди. — Надо сбагрить пару редких макров мимо привычной, Кустовому, кассы. Чтобы налог не платить и стать поставщиком.
Её заявление заставило меня улыбнуться. Опять эти сраные макры… что же это вообще такое?
— Ты чего лыбишься? — моего жеста она не поняла, как и некоторых… правил.
— А с чего ты взяла, что кто-то где-то в сетях будет тебе писать о сотрудничестве?! Если оно… — чуть было не сознался «в этом мире» — просматривается, то кто-то умный уж точно не согласится договариваться об этом по телефону.
Судя по её ухмылке, «начало» Катерине понравилось. Только вот было одно «но». Она не знала, кому и что можно «скидывать». А я не знал, что такое макр и как он выглядит.
Катерина полезла куда-то в недра своей светленькой сумки, где копошилась ещё минуту, и вывалила между нами горсть каких-то кристаллов.
С точки зрения ювелира — а я им всё-таки большую часть жизни был, — обычные стекляшки, но стоило мне взять в руки эту драгоценность, с позволения Кати, конечно же, как внутри что-то встрепенулось.
Нет, это не было желанием присвоить эту… энергию себе. Здесь скрывалось нечто иное. Творческое.
— Такое бы в ювелирные украшения, — протянул я.
