"
"Старлинг поставила себе задачу проработать все варианты, вне зависимости от того, появится ли доктор Лектер в США или нет. То, какую реакцию может вызвать гипотетический арест преступника, или возня вокруг расследования не должны ее занимать.
Она задала себе один простой вопрос, который вызвал бы насмешливую ухмылку у всех карьеристов, работающих в пределах окружной дороги. Старлинг спросила себя: «Способна ли я сделать то, что обещала, давая присягу? Как смогу я защитить простых граждан и схватить серийного убийцу, если он появится в стране?»
Доктор Лектер, вне сомнения, имеет прекрасные документы и хорошие деньги. Он превосходно умеет скрываться. Стоит лишь вспомнить ту элегантную простоту, с которой он ушел от преследователей после бегства в Мемфисе. Доктор поселился в шикарном отеле города Сент-Луиса рядом со знаменитой клиникой пластической хирургии. Половина постояльцев гостиницы ходили с забинтованными физиономиями. Доктор укрыл бинтами лицо и роскошествовал на деньги покойника.
Среди массы бумажек в ее кабинете имелись и счета за обслуживание в номере гостиницы в Сент-Луисе. Суммы были просто астрономическими. Одна бутылка «Батар-Монтраше» обошлась доктору в сто двадцать пять долларов. Каким прекрасным, наверное, казалось ему это вино после стольких лет тюремной пищи.
Старлинг запросила из Флоренции копии всех документов, и итальянцы послушались. Качество копий было отвратительным, и девушка даже подумала, что для копирования на Апеннинах, видимо, пользуются неизвестным ей типом распылителя обыкновенной сажи.
В полученных материалах не наблюдалось ни малейшего порядка. Здесь были личные бумаги доктора из палаццо Каппони. Написанные знакомым каллиграфическим почерком заметки о Данте, послание уборщице и чек из «Вера даль 1926» — известного во Флоренции магазина деликатесов. В чеке значились две бутылки «Батар-Монтраше» и некоторое количество «тартуфи бьянки». Опять то же самое вино. А что такое эти самые «тартуфи»?
«Новый итальянско-английский словарь для колледжей» издательства Бантам подсказал ей, что «тартуфи бьянки» означает «белые трюфели». Старлинг позвонила шефу хорошего итальянского ресторана в Вашингтоне и спросила о трюфелях. Шеф с таким восторгом распространялся о вкусовых достоинствах продукта, что уже через пять минут Старлинг извинилась и повесила трубку.
Итак, вкус во всем. Вино, трюфеля. Вкус был константой жизни доктора Лектера как в Европе, так и в Америке. Стремление к высокому вкусу было присуще ему тогда, когда он был преуспевающим медиком. Не оставило оно его и теперь, когда, превратившись в чудовище, он скрывается от правосудия. Лицо его, возможно, и изменилось, но пристрастия остались теми же.