— Они привели тебя на Вэйстар тоже?
— Да. Когда произошло похищение, я был уверен, что сенситив, сделавший это, знает, что похитил, и постарается узнать историю похищенного предмета. У нас есть свои люди на Вэйстаре, они сообщают нам о всем необычном, что там появляется. Мы подкупили нескольких капитанов кораблей, предложив им за информацию больше, чем они зарабатывают грабежами.
— А как ты смог подкупить Харата?
Он засмеялся.
— Спроси его. Он сам пришел ко мне. Я понял, что он не очень доволен службой у Огана. Я знал, что он может связаться с тобой, когда возникнет необходимость. Однако я не думал, что это приведет меня к превращению в Турана, — он поморщился. — Не хотел бы я снова испытать то, что произошло с нами.
— Ты знал о Глазах все время! — У нее было странное ощущение, что ее одурачили — заставили решать сложнейшую задачу, ответ которой был известен.
— Да нет же! Я просто знал, что уродливая фигурка, купленная Юкундусом, гораздо более ценная вещь, чем кажется. Это мог почувствовать каждый. Но Глаза — нет, я и не догадывался о них. Теперь я думаю, что это самая значительная находка, которую сделали закатане за века своей работы.
— Но, — Дзианта вернулась к той части рассказа, которая касалась ее будущего. — Ты поступил в Патрульную службу, чтобы преследовать нас. Ты одел их форму.
Он вздохнул.
Это надо было. Мне нужны были права. Но я не патрульный.
— Тогда кто же ты?
Он опять засмеялся.
— Я вижу, что мне пора представиться. Меня зовут Рис Ланти, я виверн, обученный…
— Ты обучен говорить ложь! — крикнула она. — Все знают, что виверны не занимаются парапсихологией!
— Да, это верно, — с готовностью согласился он. — В большинстве случаев. Но я особый случай. Я родился с талантом, который Совет признал и отдал меня на обучение. Может ли один сенситив лгать другому?
Хотя он предложил ей свой мозг для зондирования, она не захотела снять свой защитный барьер. Он был ее единственной защитой. Он ждал и, поняв, что она не собирается отозваться на его призыв, слегка нахмурился.
— Мы теряем время из-за твоей подозрительности, — сказал он. — Но ее можно было ожидать. Однако, разве я открыл бы тебе свой мозг, если бы хотел что-то скрыть от тебя? Ты же знаешь, что это невозможно.
— Я всегда считала, что это невозможно. Но ты сказал, что ты виверн, а виверны большие мастера галлюцинаций…
— Ты много знаешь.
— Оган собирал всю информацию о проявлениях психических сил — всю, что только можно было получить, — ответила она. — Я обо всем получила представление.
— Это я тоже предполагал.