Автор
Яза заплатила внушительную сумму за уникальные перчатки, способные открывать секреты любого замка без сучка и задорога. И вот она в очередной раз надеется на них, пробираясь по темному коридору. Теперь, когда время исчерпало надежды, все должно сложиться для того, чтобы перчатки не подвели и Яза смогла вернуть свою кровно赚取的费用。...
Дзианте пришлось употребить все силы, чтобы не растянуться на причале. Над головой (если слова «над» или «под» имеют какой-нибудь смысл в пространстве) висело что-то огромное, тяжелое угрожающее.
Они спали, очень долго спали, а затем проснулись, чтобы пересесть на другой корабль, который перенес их на наружное кольцо через защитный барьер, окружающий Вэйстар.
Этот барьер был первой линией обороны Вэйстара. Он состоял из огромного количества старых обломков, как будто гигантский флот Звездной Конфедерации был специально разрушен и все обломки собраны здесь так, чтобы сформировать защитную оболочку над станцией.
За этой массой искалеченного металла находилось свободное пространство, в которое можно было попасть по туннелю между обломками. Центром всего была станция, которая была несомненно творением высокой цивилизации. По обеим сторонам станции находились причалы, а поверхность между ними была вся во вмятинах и многочисленных заплатах. У Дзианты, стоящей на причале и видящей вращающиеся куски металла нал головой, возникло ощущение того, что она находится под готовым опуститься молотом.
Но как только Яза ввела ее внутрь, Дзианта забыла о той массе, которая вращается вокруг. К ее удивлению внутри станции ощущалась небольшая сила тяжести, но как она поддерживалась, Дзианта не смогла понять.
Центром был огромный зал, окруженный балконами, галереями, коридорами.
Сила тяжести была очень небольшой. Поэтому на стенах везде были поручни, а для того, чтобы подниматься и спускаться между уровнями, служили изогнутые брусья с небольшими поручнями.
Везде на стенах виднелись остатки росписи, когда-то украшавшей стены. Они были сделаны теми, кто создавал станцию, задолго до того, как народ Дзианты вышел в большой космос. Но они были до того стерты, что мало можно было разобрать: геометрические углы, окружности тут и там — это все, что было видно, что осталось от старых мастеров.
