А этот мелкий дурень разомлел и начал светить порозовевшими ушами.
Что нужно, чтобы растопить сердце злобной вампирши? Правильно! Кавайный пушистый зверек. Все же она баба, пусть и клыкастая.
— Ты же голодный? — ласковым голоском пропела она. — Такой же голодный, как я, верно? Давай мышку тебе поймаем! — и один из ее локонов нырнул под корягу. Через пару секунд он вытащил из незаметной норки серую мышку. Подтащил за хвост и подвесил перед мордочкой лисенка.
— Ням-ням, — подбодрила вампирша. — Не стесняйся."
"Но лис только недоуменно ворковал и вертел мордочкой.
— Он плодоядный, а не плотоядный, — выдохнул я. — Сэша его фруктами кормила. У нас из свежих только яблоки были, но он не привередничал.
— Да? Такой зубастик, и жрешь растительную бяку? — недовольно посмотрела вампирша в глазки зверька, будто тому следовало немедленно раскаяться в вегетарианстве и перейти на правильный рацион.
Но глазки лисенка источали такую любовь и доверие, что альпа сжалилась, отпустила мышку и потянулась волосами к ближайшему дереву, на котором росло что-то похожее на инжир.
— А такое будешь? — протянула она.
Лисенок оживился, обнюхал плод быстро подергивающимся носиком, схватил передними лапками с коготками и начал грызть добычу.
— Не одной вы с ним крови, — усмехнулся я. — Вот бы и ты грызла фрукты, а не глотки. Кстати, а ты точно не можешь есть ничего, кроме крови? Про альпов нас инструктировали, что вы реальные пиявки. Вроде даже эксперименты ставили, пытались приучить пленных вампов питаться гамбургерами.
Все предпочли тощать, но не жрать. Но ты же полукровка. Должна же твоя человеческая половина как-то проявляться?
— Сами жрите свои помои, — скривилась вампирша. — Моя человеческая природа проявляется в том, что у меня волосы удлиняются не так здорово, как у чистокровных и высших. Я повзрослела почти с той же скоростью, что ты. И проживу не так долго как полноценный вампир.
— Ага, недолго. Для трехсотлетней барышни ты неплохо сохранилась.
— Ой, спасибо за комплимент. Ты тоже отлично выглядишь для столетнего дедушки.
Больше девяноста не дашь. А трахаешься, как в восемьдесят!
Лисенок слушал нашу милую беседу и чавкал сочной мякотью неизвестного фрукта. Очень надеюсь, что инстинкты не позволят ему нажраться чего-то ядовитого.
Если удастся спасти девчонок, так и быть, разрешу Сэше его оставить. Плевать на инструкции, мы уже нарушили все, что можно. А этот крылатый ушастик сумел отыскать нас и порывался отвести на выручку ангорийке.
