Герой, погибший на пороге спасения человечества, переносится в прошлое собственного мира — в эпоху шагоходов. Теперь он обладает знаниями будущего и последним шансом предотвратить войну, которая погубит цивилизацию. Сможет ли он изменить ход истории?
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Гарем на шагоходе. Том 7» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Герой, погибший на пороге спасения человечества, переносится в прошлое собственного мира — в эпоху шагоходов. Теперь он обладает знаниями будущего и последним шансом предотвратить войну, которая погубит цивилизацию. Сможет ли он изменить ход истории?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой, погибший на пороге спасения человечества, переносится в прошлое собственного мира — в эпоху шагоходов. Теперь он обладает знаниями будущего и последним шансом предотвратить войну, которая погубит цивилизацию. Сможет ли он изменить ход истории?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Гарем на шагоходе. Том 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ядвига, включи проектор.
— Да, мой хороший, я сейчас! — бабушка-искин щёлкнула переключателем, и стены столовой ожили.
Голубизна. Белые барашки волн. Шум прибоя, доносящийся из динамиков.
Сэша ахнула, её глаза стали огромными.
— Ой… Ой-ой-ой! — она вскочила, размахивая руками. — Кити-кити, как красиво! А там, куда мы едем, такое же море⁈
— Почти.
— А торт⁈ Мне обещали тортик, кити-кити!
Как будто в ответ из кухни появился Фунтик.
Наш робот-повар, восьмирукий, блестящий, с лицом-дисплеем, на котором горел улыбающийся смайлик. В его механических лапах красовался торт — огромный, трёхъярусный, весь в розовой глазури, с надписью: «Сэша — самая пушистая!» и одной криво воткнутой свечкой, потому что других не нашлось.
— О-о-о! — кошка подскочила от восторга. — Это мне⁈
— Всем, — я покачал головой. — Но в основном тебе.
— Какой он красивый, кити-кити! И пахнет клубникой! И… ой, а что это за розовая штука сверху?
— Марципан, — ответила Шондра. — Не спрашивай, он вкусный.
Сэша засияла. Её уши дернулись, а глаза стали огромными, как блюдца.
— Спасибо, спасибо, спасибо! — кошка чуть не опрокинула стул, вскакивая и пытаясь обнять всех сразу. — А давайте представим, что у меня сегодня день рождения! Тогда мне положены подарки!
Кармилла фыркнула, но её глаза блеснули.
— Ну конечно. Ты же у нас герой дня.
— Да! Я нашла паука! Я, я, я! — кошка ткнула себя пальцем в грудь, заодно чуть не опрокинув локтем стакан с водой.
— Ладно, — я вздохнул. — Раз уж день рождения, получай подарок.
Достал из кармана гильзу от крупнокалиберного патрона. Чистую, блестящую.
— О! А что это, кити-кити?
— Сувенир. На память о бое за резиденцию президента. Там и подобрал. Ну, ты же в некотором смысле её чуть не захватила.
— Ура! — она схватила гильзу и начала её рассматривать. — Теперь у меня есть талисман!
Шондра покачала головой и протянула… заколку.
— Вот. Чтобы волосы не лезли в глаза, когда ты бегаешь.
— Она красивая! — Сэша тут же закрепила её в волосах.
— Так, выходит, вы заранее договорились, что будете дарить ей подарки? — удивился я.
— Кэп, а чего тут не ясного? — Шондра тоже удивилась. — Сэша и торт. Конечно, она захочет подарки как на денюху. Это же очевидно.
Я снова вздохнул.
Не понимаю женщин. Хоть тресни кувалдой по башке.
Кармилла протянула свёрток, завязанный кроваво-красной лентой.
— Держи, глупышка.
Сэша развернула — и замерла.
Кожаный ошейник.
Чёрный, с шипами, с розовой строчкой и крошечной серебряной медалькой. Я не удержался и посмотрел на гравировку: «Если найдёте — верните капитану Волку. Награда: спасёте свои нервы».
— Ой… это так красиво… — Сэша потрогала шипы, скользнула пальчиком по строчке и медальке.
— Носи с гордостью, — ухмыльнулась вампирша. — И главное — не теряй. А то я обижусь.
