Встреча с роскошной резиденцией Эмира Токио становится поводом для тщательного осмотра и фотоотчета, вдохновляющего многих журналистов. Акихито, несмотря на давнюю неприязнь к эмирскому режиму, сумел сфотографировать Эмира с ближним ракурсом, что сделало его популярным среди газетных редакций. Теперь он готов передать эти важные для газеты и его карьеры кадры главному редактору, отражающие изысканность и аристократию монаршей семьи....
В купальнях гарема народу почти не было, только пять наложников и охранники-евнухи. Акихито сидел на лежаке и составлял план очередного побега. Он уже трижды пытался сбежать из ненавистного дворца, но все его попытки проваливались почти сразу после начинания. Такаба не знал, сколько он сможет ещё сопротивляться эмиру; боль от насилия заставляла мальчишку сомневаться в своих силах. Он боялся, что придёт время, и он уже не сможет терпеть её и сдастся. Поэтому раз за разом пробовал улизнуть отсюда и вернуться домой.
- Ты сегодня мой, - произнёс Тебриз, и Аки задрожал от воспоминаний. - Сегодня ты будешь послушным - я об этом позаботился.
- И что на этот раз: наручники, бондаж или хлороформ? - натянуто улыбаясь, спросил Такаба.
- Надоело, - эмир подошёл вплотную к парню и погладил того по плечу. - И поэтому ты теперь не сможешь дёргаться всё то время, что я буду в тебе.
С этими словами он приказал держать Аки двум евнухам, а сам, с силой открыв его рот, высыпал туда содержимое пакетика, который держал в руке. Взяв со столика стакан с соком, он насильно вылил практически всю жидкость, заставив Акихито проглотить наркотик.
- Что за фигню ты мне дал? - смаргивая набежавшие от кашля слёзы, просипел блондин. - Какого черта тебе надо, почему ты меня не отпустишь?
- Это был новый наркотик, мои химики очень для меня постарались, создавая его, - вглядываясь в стальные глаза, Тебриз улыбался. - Все твои мышцы сейчас расслабятся полностью. Ты будешь всё чувствовать, но двигаться уже не сможешь.
- Я не хочу стать наркоманом, ты идиот! - паника охватила Акихито.
- Не бойся, не станешь, к нему не привыкают, - наблюдать, как слабеет юное тело, было чертовски приятно. - Это всего лишь релаксант.
В голове у парня стало пусто, и он от слабости опустился на лежак. Ещё минутка, и двигаться не получалось; несмотря на усиленные попытки тело стало совершенно бесполезным.
- Вымыть снаружи и изнутри, полностью приготовить его для ночи со мной, - эмир раздавал приказы рабам. - Через час он должен быть у меня.
