В это время в зале горела едва ли четверть обычного количества свечей, но полумрак оказался намного более красивым, чем полное освещение. Гарри замер от восторга, вглядываясь в неспешный хоровод огоньков. И краем глаза заметил какое-то шевеление над головой. Тело, натренированное многочисленными выходками Пивза, среагировало самостоятельно - Гарри отпрыгнул в сторону, прикрывая голову руками. Подождал, но ничего не происходило, и он осмелился посмотреть в сторону движения. И окаменел. В паре метров от него на уровне лица маячила огромная треугольная морда с желтыми глазами размером с блюдца.
- Ой, мама… - Гарри смотрел в эти глаза и ожидал чего-то жутко страшного. Морда высунула раздвоенный язык и ощупала им воздух. Затем придвинулась чуть ближе, так что кончики языка скользнули по лицу. «Только бы живым не проглотила», - Гарри крепко зажмурился.
- Дитя ос-сзерной девы, приш-ш-шел проводить меня?
- Куда? - Гарри слегка приоткрыл глаза. С ним ничего не происходило, значит, это не василиск, а просто огромная гадюка. Или даже уж.
- Зс-са грань, - гад устало опустил голову к ногам Гарри. - Туда, где я новым яйцсом лягу в горячший пес-с-сок пус-с-стыни и с-с-согреюсь. Проводи меня, дитя осзерной девы.
- Ага… ладно, то есть. Только я дороги не знаю, - Гарри рискнул осторожно коснуться носа рептилии. И как всегда удивился приятному ощущению гладкости и прохлады. Он растопырил пальцы, накрывая ладонью одну чешуйку, и восхищенно замер. Такой большой змей, а совсем не страшный. И красивый - изумрудная зелень спины плавно переходила в солнечно желтый цвет брюха. В чешуйках, причем в каждой, отражались огоньки свечей. Это было так красиво, что Гарри продолжал восхищенно гладить прохладное чудо. Змей добродушно присвистнул и изогнулся, подставляя основание нижней челюсти.
- Путь не надо сзнать, его дос-с-статош-шно видеть, - змей откровенно нежился, подставляясь под ласку. - Придеш-ш-шь в ночь, когда холодное с-с-солнце с-с-снова с-с-станет круглым?
Гарри оторопел. Опять загадки? Но тут же нашел решение.
- Это в полнолуние? Приду. А куда?
Змей скользнул вперед, обвиваясь вокруг мальчика и поднимая голову к его лицу:
- Я пос-сову, и ты ус-слыш-шишь, дитя ос-серной девы.
- Хорош-ш-шо, - Гарри виновато улыбнулся. - Только мне идти пора, а то с-с-скоро с-с-спать. Я приду, - он еще раз погладил змея и побежал к дверям, на самом пороге остановился и обернулся: - А кто ты?
Змей уже поднимающий тело по лестнице головы не повернул. Но ответил:
В башню Гарри вернулся задолго до отбоя и немедленно скрылся в спальне. Он бы посидел и в гостиной - делать было нечего, но у камина торчала Джинни с учебником и плошкой орехов.