Даже два. И еще теплый плед, подстелить под себя. Сидеть на стылых камнях замка было неудобно даже в такую теплынь, а в подземельях могло быть еще и сыро. Еще он прихватил пару бутербродов и бутылку сока.
Раковина послушно сдвинулась в сторону, и Гарри, задержав дыхание, прыгнул в дыру. Регулус пообещал, что поймает его. И поймал. В самом низу, когда Гарри вдоволь накувыркался по скользкому желобу стока. Потом они долго пробирались по мрачному коридору, где под ногами хрустели сухие ветки и косточки мелких животных. Гарри немного постоял у распахнутых настежь ворот с барельефами змей и, замирая от восторга, вступил в огромный зал, освещенный сотнями факелов. Регулус устроился у одной из колонн, вытянув тело далеко в темноту. Гарри сел рядом.
Василиск долго лежал молча. Гарри не торопил его. Может, он вспоминает, как все делается. Старики всегда все забывают. И вдруг Гарри сам вспомнил:
- А почему ты называешь меня ребенком озерной девы? Кто она такая?
Змей поднял голову с пола. Впервые на его морде Гарри обнаружил выражение удивления. И смутился. Опять он ляпнул что-то не то. Может, у василисков принято называть детей именно так. Регулус укоризненно вздохнул и покачал головой.
- Раз-зве взрос-с-слые особи больше не почитают ос-зерную деву?
Гарри смутился до краски на щеках. Может и почитают. Ему-то откуда знать. А змей продолжил:
- Ее глаза ярче лис-с-стьев, ее волосы ярче огня, она прекрас-с-сна и с-с-сильна. И раз-з-зуму ее подчиняются твари… В тебе ее кровь.
Гарри задумался. Змеиный язык очень труден. В нем так много каких-то непонятных выражений, что приходится постоянно задумываться, что бы это значило. Вот что ему только что сказали? Что он родственник какой-то рыжей зеленоглазой женщины. Все вокруг наперебой говорят, что глазки у него мамины. И что Лили Эванс была рыжей. И она была знакома с василиском? Здорово.
Змей тихо рассмеялся.
- Нет. Я с-с-спал. Я знал твою прародительницу. Моргану. Ведьму ос-с-строва вечной молодос-с-сти.
- О! - Гарри не знал, что и думать. Может, гад уже из ума выжил? Мама была магглорожденной, так что родство с Морганой полностью исключается. Но говорить этого не стоит. Еще проглотит от злости.
Василиск пошевелился и опять поднял голову с пола.
- Я обещал тебе силу. Я выполню обещание. Готов ли ты?
Василиск покачал головой, повернулся так, чтобы смотреть Гарри прямо в глаза, и укусил его плечо. От боли и ужаса Гарри заорал так, что эхо само вскрикнуло от страха и заметалось под сводами подземелья. И это был единственный крик, потому что в следующую секунду Гарри окаменел. А потом опять почувствовал боль.
- Ты что? Зачем? Больно!
- Вс-с-се. Я отдал тебе свой последний яд и свою силу. Теперь проводи меня.
Гарри обиженно тер плечо, в котором все еще жгло, и молчал. Но долго молчать не мог.