Автор
В мрачном доме-приютном, где холодные лучи застывшей луны проникали сквозь тусклые светильники, Ленка Гладышева бросила мне зелеными монетами. Я смотрела, как они разлетаются по холлу, словно эха ее яростного заявления. Внезапно мир вокруг меня перестал казаться безликом, а стала наполниться драмой и загадочным шепотом приключений....
Если кто-то из домашних, решив понежиться в пене, отправляется в свою комнату, к примеру, за халатом, и при этом забывает закрыть дверь в ванную, то в девяноста девяти случаях из ста он находит по возвращении Банди, который, зажмурившись от удовольствия, постанывает в теплой воде. Вот и сейчас пес увидел в холле ванну и влез туда. Только на дне оказалась не ласковая вода, а липкая, похожая на смолу субстанция.
Вы представить себе не можете, до какой степени я ненавижу ремонт! Грязь, пыль, шум, да еще бесконечные неприятности с животными.
– Дима!
– Здрассти, – высунулся из гостиной прораб.
– Немедленно достаньте пса!
– Ну и ну, – покачал головой парень, – зачем он туда полез, а?
– Ты спроси у него, – посоветовала я и, кипя от злости, пошла в кабинет к сыну.
Аркашка сидел у стола, громко хихикая.
– Что интересного читаешь? – поинтересовалась я.
– Протокол допроса клиентки, – ответил наш адвокат.
– Так смешно?
– А ты послушай. Значит, так. Вопрос: «День вашего рождения?» Ответ: «Первого августа». Вопрос: «А год?» – «Каждый год».
– Забавно.
– Это только начало. Как тебе такой пассаж? «У вас два ребенка?» – «Да». – «Мальчики?» – «Нет». – «Кто же тогда?»
Я улыбнулась.
– Погоди, послушай дальше, – велел Кеша, – там еще лучше. «Почему был прерван ваш первый брак?» – «Из-за смерти». – «Чьей?» Поэтому вопрос: «Сколько лет вашему двадцатитрехлетнему сыну?» уже не кажется удивительным.
– Врешь, – засмеялась я, – таких дураков не бывает.
– На, посмотри сама. – Кеша сунул мне в руки документ.
Глаза побежали по строчкам. «Присутствовали ли вы в тот момент, когда вас сфотографировали?» Дальше совсем интересный диалог:
«Какие первые слова произнес ваш муж, когда проснулся в то утро?»
«Где я, Катя?»
«А почему, собственно, вас это огорчает?»
«Потому что меня зовут Света!»
Да уж, похоже, парень, составлявший протокол, был пьян.
«Вы живете вместе с дочерью?»
«Да».
«Сколько ей лет?»
«Тридцать».
«И давно она с вами проживает?»
«Сорок два года».
