Гермиона взглянула через озеро. Дракон всё ещё пил воду на дальнем берегу.
— Как вы думаете, с ним всё будет хорошо? — спросила она.
— Ты прямо как Хагрид! — фыркнул Рон. — Это же дракон, Гермиона! Уж как-нибудь он о себе позаботится. Ты лучше о нас беспокойся.
— А что?
— Не знаю даже, как тебе сказать, — отозвался Рон. — Понимаешь, кто-нибудь мог заметить, что мы ограбили «Гринготтс»!"
"Все трое покатились со смеху и никак не могли остановиться. У Гарри ныли ребра, голова кружилась от голода, но он лежал на траве под пламенеющим закатным небом и хохотал, пока в горле не заболело.
— А всё-таки, что нам делать? — спросила, проикавшись, Гермиона. — Он ведь теперь понял. Сами-Знаете-Кто наверняка понял, что мы знаем о крестражах!
— Может, они побоятся ему рассказывать? — с надеждой сказал Рон. — Отговорятся как-нибудь…
Небо, запах озёрной воды, звук голоса Рона — всё исчезло. Боль полоснула Гарри голову, словно удар меча. Он стоял в слабо освещённой комнате, напротив застыли полукругом волшебники, а на полу у ног скорчилась жалкая, дрожащая фигурка.
— Что ты сказал? — Голос был высокий и холодный, а внутри бушевали ярость и страх. То единственное, чего он боялся… Да может ли это быть? Он не понимал, как такое могло случиться.
Гоблин трясся, не в силах посмотреть в его багровые глаза.
— Повтори! — прошептал Волан-де-Морт. — Повтори!
— М-мой господин, — залепетал гоблин, запинаясь и тараща чёрные глаза, полные ужаса. — М-мой господин… мы ст-тарались ост-тановить об-обманщиков… они… ог-грабили… сейф… Лестрейнджей…
— Обманщики? Какие обманщики? Я полагал, что в «Гринготтсе» умеют разоблачить любой обман! Кто это был?
— Это были… это были… м-мальчишка П-поттер и двое… двое сообщников…
— И что они взяли? — Голос сделался пронзительным. Его охватил ледяной страх. — Что они взяли?! Говори!
— М-маленькую… золотую ч-чашу… м-мой господин…
Он словно со стороны услышал свой бешеный крик — крик неверия и ярости. Он обезумел от злобы — неправда, не может быть, никто не знал об этом! Как мог мальчишка открыть его тайну?
Бузинная палочка хлестнула воздух. Комнату озарила вспышка зелёного света. Стоявший на коленях гоблин повалился на бок — мёртвый. Волшебники в страхе кинулись кто куда. Беллатриса и Люциус Малфой расшвыривали всех, прорываясь к двери. Снова и снова взлетала Бузинная палочка, и те, кто не успел убежать, были убиты, все до одного, за эту ужасную новость, за известие о золотой чаше…
Он метался взад и вперёд среди мертвецов. Перед ним проходили видения: его бесценные сокровища, его хранители, якоря, которыми он держался за бессмертие. Дневник уничтожен, чаша украдена.