Поглядев секунду-другую, Рон перевёл глаза на Гарри.
— На что ты предлагаешь мне смотреть?
— Да на эту, которая между оглобель! Которая в карету запряжена! Вот же она перед тобой…
Но Рон по-прежнему таращился на него с полным непониманием, и Гарри пришла в голову диковинная мысль.
— Ты… ты не можешь их видеть?
— Кого?
— Тех, которые запряжены в кареты.
Рон встревожился не на шутку.
— Да что с тобой, Гарри?
— Со мной? Ничего…
Гарри пришёл в смятение. Вот же она, перед ним, чёрная лошадь, гладкая шкура поблёскивает, отражая тусклый свет из вокзальных окон, из ноздрей в прохладном вечернем воздухе поднимается пар. И всё же, если только Рон не шутит — а шутка в этом случае была бы очень глупая, — Рон не видит её совсем.
— Ну что, может, сядем всё-таки? — неуверенно предложил Рон, глядя на Гарри с беспокойством.
— Да-да, — сказал Гарри. — Пошли…"
"— Не волнуйся, — произнёс вдруг призрачный голос, когда Рон исчез в тёмной карете. — Ты не сходишь с ума, ничего такого. Я тоже их вижу.
— Видишь? — в страшном волнении переспросил Гарри, поворачиваясь к Полумне. В её больших серебристых глазах он увидел отражения крылатых коней.
— Да, — сказала Полумна. — Вижу всякий раз, как сюда приезжаю. Они всегда везут эти кареты. Так что не беспокойся. Ты не больший псих, чем я.
Она слабо улыбнулась и забралась вслед за Роном в затхлый кузов экипажа. Не успокоившись до конца, Гарри полез туда же.
Глава 11
Новая песня Распределяющей шляпы
Гарри не хотел сообщать остальным, что у него с Полумной одна и та же галлюцинация, если это действительно была галлюцинация. Поэтому, заняв своё место в карете и захлопнув за собой дверь, он уже не говорил о лошадях. Однако он невольно то и дело поглядывал в окно на тёмные лошадиные фигуры.
— Все видели эту Граббли-Дёрг? — спросила Джинни. — Что она, интересно, тут делает? Ведь не мог же Хагрид уйти из школы, правда?
— Я была бы рада, если бы он ушёл, — сказала Полумна. — По-моему, он не ахти какой учитель.
— Он отличный учитель! — хором возразили рассерженные Гарри, Рон и Джинни.
Гарри посмотрел на Гермиону. Она кашлянула и быстро сказала:
— Да… он очень хороший.
— А мы в Когтевране считаем, что на него без смеха нельзя смотреть, — не смутившись, сказала Полумна.
— Значит, у вас погано с чувством юмора! — рявкнул Рон. Карета тем временем, скрипя колёсами, поехала.
Полумну грубость Рона, казалось, не обеспокоила нисколько. Мало того — она некоторое время равнодушно смотрела на него, как смотрят не слишком интересную телепередачу.
Громыхая и покачиваясь, кареты цепочкой двигались по дороге.