— Или, например… — Он торопливо шагнул к следующему.
— Гарри, — снова сказала Гермиона.
— Чего? — буркнул он.
— Я… я не думаю, что Сириус здесь.
Остальные молчали. Гарри не хотелось смотреть на них. Ему было тошно. Он не понимал, почему Сириуса здесь нет. Он должен быть здесь! Ведь именно это место Гарри видел во сне…
Он побежал вдоль рядов, заглядывая в каждый по очереди. Пусто… опять пусто… Он развернулся и побежал в другую сторону, мимо своих молчащих товарищей. Нигде не было ни следа Сириуса, не заметил он и признаков недавней борьбы.
— Гарри! — позвал Рон.
— Что?
Он не хотел слушать, что скажет Рон; не хотел слышать, как Рон скажет ему, что он глупец, или предложит вернуться обратно в Хогвартс, но он чувствовал, как жар заливает ему лицо, и сейчас с удовольствием шмыгнул бы в темноту и сидел там долго-долго, прежде чем подняться в залитый светом атриум и встретить обвиняющие взгляды друзей…
— Ты видел это? — спросил Рон.
— Что? — повторил Гарри, но на этот раз с жадным нетерпением — наверное, речь шла о знаке, говорящем, что Сириус был здесь, о ключе к разгадке. Он подбежал к концу девяносто седьмого ряда, где маленькой кучкой стояли остальные, но увидел там только Рона, взгляд которого был прикован к одному из пыльных стеклянных шариков на полке.
— Ну? — мрачно спросил Гарри.
— Тут… тут твоё имя, — сказал Рон.
Гарри придвинулся ближе. Рон указывал на маленький шарик, тускло светящийся изнутри и покрытый толстым слоем пыли — похоже, никто не трогал его уже много лет.
— Моё имя? — озадаченно переспросил Гарри."
"Он сделал ещё шаг вперёд. Поскольку Рон был выше его ростом, Гарри пришлось вытянуть шею, чтобы прочесть надпись на пожелтевшем ярлычке, приклеенном к полке точно под стеклянным шариком. На нём тонким, почти неразборчивым почерком была написана дата — примерно шестнадцать лет тому назад, — а под ней стояло:
С.П.Т. — А.П.В.Б.Д.
Тёмный Лорд и (?) Гарри Поттер
Гарри уставился на ярлычок.
— Что это значит? — спросил Рон. В голосе его звучала тревога. — Почему здесь стоит твоё имя?
Он посмотрел на другие ярлычки, приклеенные к той же полке.
— А меня тут нет, — недоумённо сказал он. — И никого из остальных тоже.
— Гарри! По-моему, тебе лучше его не трогать, — резко сказала Гермиона, когда он протянул к шарику руку.
— Почему? — спросил он. — Ведь это имеет ко мне отношение!
— Не надо, Гарри, — внезапно сказал Невилл. Гарри посмотрел на него. Круглое лицо Невилла слегка блестело от пота. Он выглядел так, словно нервы у него были уже на пределе.
— Но здесь моё имя, — сказал Гарри.
И, поддавшись безрассудному порыву, он сомкнул пальцы на пыльной поверхности шарика. Он думал, что она будет холодной, но это оказалось не так.