Главное, он тогда ещё что-то купил, и я думаю, это было ожерелье…
— Ты видел у Малфоя в руках такой же пакет, когда он выходил из лавки?
— Нет, профессор, он велел Горбину хранить его у себя…
— Гарри, — перебила Гермиона, — Горбин ведь спросил, не хочет ли Малфой забрать эту вещь с собой, а Малфой ответил «нет»…
— Само собой, он не хотел к ней прикасаться! — сердито сказал Гарри.
— Вообще-то он сказал: «Как я эту штуку потащу?», — напомнила Гермиона.
— Ясное дело, он бы выглядел глупо, если бы шёл по улице с ожерельем, — вмешался Рон."
"— Ах, Рон, — нетерпеливо воскликнула Гермиона, — оно было бы завёрнуто, так что к нему не нужно было прикасаться, и вполне можно было спрятать его под плащом, никто бы ничего не заметил! Я думаю, то, что он приобрёл у Горбина, было или шумным, или очень большим, так что его невозможно было пронести незаметно. И потом, — продолжала она, повысив голос, чтобы Гарри не мог её перебить, — я же спрашивала Горбина насчёт ожерелья, помните? Когда заходила разузнать, что такое он должен хранить для Малфоя. И Горбин мне назвал цену, он не сказал, что ожерелье уже продано…
— Конечно, не сказал, он, наверное, сразу догадался, что тебе нужно. И вообще, Малфой мог позже послать кого-нибудь за ожерельем…
Гермиона вне себя открыла рот, чтобы возразить.
— Довольно! — сказала профессор МакГонагалл. — Поттер, я ценю, что вы рассказали мне всё это, но мы не можем обвинить мистера Малфоя только на том основании, что он посетил магазин, где продавалось ожерелье. Там, вероятно, побывали ещё сотни людей…
— Вот и я говорю, — пробормотал Рон себе под нос.
— …и, во всяком случае, в этом году введены настолько строгие меры безопасности, не думаю, что ожерелье могли пронести в школу без нашего ведома…
— Но…
— …и кроме того, — сказала профессор МакГонагалл, как бы подводя итог дискуссии, — мистера Малфоя не было сегодня в Хогсмиде.
Гарри разинул рот, чувствуя себя так, будто из него выпустили весь воздух.
— Откуда вы знаете, профессор?
— Потому что он отбывал наказание у меня. Он уже два раза подряд не сдал мне домашнюю работу по трансфигурации. Одним словом, спасибо, что поделились со мной своими подозрениями, Поттер, — сказала она, шагнув к двери, — а сейчас мне нужно заглянуть в больничное крыло, узнать, как чувствует себя Кэти Белл. Всего хорошего.
Она открыла перед ними дверь. Делать нечего — все трое один за другим молча вышли в коридор.
Гарри злился на Рона с Гермионой за то, что они взяли сторону МакГонагалл, но не смог промолчать, когда они снова принялись обсуждать случившееся.
— Ну, как вы думаете, кому Кэти должна была передать ожерелье? — спросил Рон, когда они поднимались по лестнице в гриффиндорскую гостиную.
— Кто его знает, — сказала Гермиона.