— Для этого нужна душа истинного зельедельца! — не дав Гарри ответить, радостно объявил Слизнорт. — Такой же была и его матушка. Лили обладала интуиивным чутьём на зельеварение, которое Гарри, несомненно, от неё унаследовал… Да, Гарри, да, если вас под рукой имеется безоар, это решает проблему. Хотя, поскольку он не помогает от всего на свете да и встречается довольно редко, умение составлять противоядия вам всё же не повредит…
Единственным в классе, кто выглядел ещё более обозлённым, чем Гермиона, был Малфой. Он, как с удовольствием отметил Гарри, ухитрился чем-то облиться и вид теперь имел такой, точно на него стошнило кошку. Но прежде, чем хоть один из них успел возмутиться, что Гарри вновь попал в первые ученики, не ударив для этого пальцем о палец, прозвенел звонок.
— Урок окончен! — сказал Слизнорт. — Да, и ещё десять очков Гриффиндору — за чистой воды нахальство!
И он, продолжая посмеиваться, вперевалку направился к своему столу.
Гарри медлил, с редкой для него неторопливостью собирая принадлежности в сумку. Ни Рон, ни Гермиона, уходя, не пожелали ему удачи — оба выглядели раздосадованными. В конце концов в классе остались только он и Слизнорт.
— Ну же, Гарри, вы опоздаете на следующий урок, — благодушно сказал Слизнорт, защёлкивая золотые застёжки портфеля из драконовой кожи.
— Сэр, я хотел спросить вас кое о чём, — начал Гарри, невольно напомнив себе самому Волан-де-Морта.
— Так спрашивайте, дорогой мой мальчик, спрашивайте…
— Сэр, я хотел бы знать, что вам известно о… о крестражах?
Слизнорт замер. Округлое лицо его словно бы ссохлось. Он облизал губы и хрипло переспросил:
— Что вы сказали?
— Я спросил, известно ли вам что-нибудь о крестражах, сэр. Понимаете…
— Это вас Дамблдор подослал, — прошептал Слизнорт.
Голос его полностью изменился. Никакого благодушия в нём больше не осталось, только потрясение и ужас. Он порылся в нагрудном кармане, вытащил носовой платок, промокнул покрывшийся испариной лоб.
— Дамблдор показывал вам те… те воспоминания, — сказал Слизнорт. — Ну? Показывал?
— Да, — ответил Гарри, мгновенно решивший, что сейчас лучше не лгать.
— Да, разумеется, — негромко повторил Слизнорт, всё ещё вытирая побелевшее лицо. — Разумеется… Что ж, если вы видели их, Гарри, то должны знать, что о крестражах мне ничего — ничего, — с силой повторил он, — не известно.
Схватив портфель и сунув в карман платок, Слизнорт засеменил к ведущим из подземелья дверям.
— Сэр, — в отчаянии окликнул его Гарри, — я просто думал, что вы можете помнить чуть больше…
— Думали? — отозвался Слизнорт. — Ну, значит, вы ошиблись. ОШИБЛИСЬ!
Он проревел это слово и, прежде чем Гарри успел сказать что-либо ещё, захлопнул за собой дверь класса.