Полночь наступила в густых тенистых аллеях. Министр просыпался от звонков из разных уголков страны, но ни одно из них не было таким важным, чтобы остановить его прерывистое дыхание. В воздухе стоял ощущение невесомости и таинственности, словно приглушенный шепот могущественных магов....
Похоже, «Гарри Поттер и Принц-полукровка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Нам всем нравится получать благодарность за наши труды… И всё-таки без помощника вы бы никак не обошлись… Вам нужен был кто-то в Хогсмиде, кто-то, способный подсунуть Кэти то… то… а-а-а…
Дамблдор снова закрыл глаза и покивал, словно его одолевала дремота.
— Ну конечно… Розмерта. И давно на ней лежит заклятие Империус?
— Что, дошло наконец? — издевательски ухмыльнулся Малфой.
Снизу долетел ещё один вопль, прозвучавший громче прежнего. Малфой снова нервно оглянулся, потом уставился на Дамблдора, продолжавшего говорить:
— Итак, бедную Розмерту заставили спрятаться в туалете и всучить ожерелье первой попавшейся ученице Хогвартса, которая войдёт туда в одиночку? А отравленная медовуха… Естественно, Розмерта могла добавить в неё яд, прежде чем послать бутылку Слизнорту, который собирался подарить её мне на Рождество… Да, чистая работа… очень чистая… Бедный мистер Филч не стал бы, конечно, проверять бутылку, присланную Розмертой… Но скажите, как вы с ней сообщались? Я полагал, что все способы связи со школой у нас под наблюдением.
— Зачарованные монеты, — ответил Малфой. Казалось, он принуждал себя продолжать разговор; рука его, державшая палочку, ходила ходуном. — Одна была у меня, другая у неё, мы могли обмениваться сообщениями…
— Это не тот ли способ секретной связи, которым в прошлом году пользовалось общество, именовавшее себя «отрядом Дамблдора»? — спросил старый волшебник. Дамблдор говорил легко, непринуждённо, но Гарри увидел, как, задавая вопрос, он сполз по стене ещё на дюйм.
— Да, идею я взял у них, — криво улыбнувшись, сказал Малфой. — И мысль насчёт яда тоже позаимствовал у грязнокровки Грейнджер — услышал в библиотеке, как она говорила, что зелья Филч распознавать не умеет, ну и…
— Будьте любезны, не используйте при мне это бранное слово, — попросил Дамблдор.
Малфой хрипло хохотнул:
— Я, того и гляди, убью вас, а вы переживаете из-за слова «грязнокровка»?
— Да, переживаю, — подтвердил Дамблдор, и Гарри увидел, как его ступни скользнули по полу от усилий, которые он прилагал, чтобы стоять прямо.
Губы Малфоя непроизвольно дёрнулись — как если б ему попала в рот какая-то гадость.
— Так вот, насчёт сегодняшней ночи, — продолжал Дамблдор.
