Вохлик выскочил из люка необычной машины и рассчитался с пилотом. Затем командир махнул рукой, приглашая бойцов отряда проследовать в заведение общепита — там планировалось подвести итоги операции.
— А его здесь не сопрут? — поинтересовался я, глядя на ходуна, замершего у стены ангара.
— Нет, — усмехнулся командир, покосившись на взлетающий челнок. — Эти посадочные площадки охраняются бойцами корпорации. Карта доступа — у меня, к тому же я пометил нашу добычу личным идентификатором.
Командир выбрал заведение гильдии Шалассы: нижний этаж представлял собой помесь клуба с рестораном, а верхние уровни — номера для гостей. Наемники заняли свободный столик, сделав заказы — безвкусные пищевые рационы за сутки всем надоели.
Агрегат, напоминающий металлического богомола с маленькой яйцевидной головой, передвигался с тихим поскрипыванием. Робот сложился в поклоне, водрузив перед командиром огромный поднос, заполненный маленькими тарелочками. После того как сервисные дроиды поставили перед каждым поднос с квадратными тарелками, Вохлик окружил столик мерцающей завесой.
Некоторое время наемники молча работали челюстями, дожидаясь появления последнего участника рейда. Живой и здоровый Дэба уселся на свободное место, на груди его скафа появились новые пластины.
— Ну что, много я пропустил? — поинтересовался боец.
— Не очень, — отозвался Хасс, показав на заплатку. — Сколько запросили?
— Четыре тысячи на восстановление скафа, — ответил Дэба.
— И тут грабеж! Держи, — кивнул Вохлик. — Ходуна пока оставляем себе, сейчас раскидаем трофейные. В общей сложности у нас триста восемнадцать тысяч.
— Ого, — не удержался Дэба.
— Это не считая расходов. Так: выплаты клинике, найм челнока… осталось двести семьдесят две тысячи с половиной. Когда продадим ходуна — будет остальное.
Моргнувшая иконка оповестила о переводе — только что я получил две доли, став богаче на пятьдесят четыре с половиной тысячи кредитов. Подумав, что жизнь наемника мне начинает нравиться, подмигнул Шате, которая ответила улыбкой. «Совместное истребление разных гадов сближает!» — подумал я.
От молотообразной туши линкора «Хезенау», флагмана восьмой ударной эскадры, отлепился челнок и начал спуск в атмосферу. Адмирал Хауфер с гордостью рассматривал боевые станции столичной планеты: Дахайца являлась сердцем конфедерации — именно здесь постоянно находился Вождь.