В сумерках двое мужчин покидает фургон, его силуэты растворяясь в темной листве кустарников. Рослый водитель, с черной маской на голове и свернутым тросом за поясом, спускается на землю, а его товарищ, коренастый и в камуфлированном комбинезоне, готов к задуманному прыжку через забор....
Потом выудил из другого кармана фонендоскоп, вставил слуховые трубки в уши и приложил чуткую мембрану к металлической дверце чуть пониже первого замка. Только набрав на вращающемся диске правильную последовательность всех шести цифр кода, можно было открыть замок. Чуткое ухо медвежатника улавливало тончайшую разницу в тембре щелчков, которые издавало колесико кодового замка при остановке на каждой цифре. Только единственная правильно набранная цифра отзывалась особым, чуть более громким, «сочным», как говаривали знающие воры, отзвуком.
Как показывала практика, открыть шесть столь сложных, замысловатых замков за два часа было делом нереальным, но Медведь об этом сейчас не думал. Зажмурившись, он сосредоточенно слушал металлический клекот титановых шестеренок.
К истечению двух часов четыре замка были вскрыты. Но с каждой минутой страшная физическая усталость и нервное напряжение брали свое. Все труднее удавалось ему распознавать нужный по звонкости щелчок, в ушах стоял тихий ватный звон.
Оставалось еще целых два замка! Время утекало как вода в песок. Начало светать. А силы были уже на исходе.
«Не расслабляться! Только не расслабляться! У тебя все получится, Гриша. Не может не получиться», — успокаивал себя Медведь.
Через пятнадцать минут изнуряющей по сосредоточенности работы ему вдруг показалось, что он услышал нужный щелчок. Но он уже настолько устал, что перестал доверять себе, и, находясь в сомнениях, несколько минут просидел, размышляя над тем, был ли нужный звук или это ему лишь показалось.
Уже буквально минут через десять раздался последний едва слышный долгожданный щелчок замка! Поворот тяжелого рычага-рукоятки… И, о боже, дверь сейфа мягко, почти беззвучно, поддалась.
«Открыл! Смог! Черт возьми, я это сделал!» — устало радовался Медведь своей победе, поглаживая покорившийся ему сейф, как верного прирученного пса, виляющего хвостом у ног хозяина.
Медвежатник с трудом собрат в себе остатки сил, поднялся со стула и, слегка пошатываясь от головокружения, вышел в коридор.
