Вены запульсировали в бешеном ритме.
— Даааа! — вырывается из груди моё восхищение. Обхватываю пальцами края раковины так, что костяшки белеют. Грубое, распирающее проникновение пронзило лоно до упора, зажигая в моих глазах яркие звёздочки. Мышцы инстинктивно сжались, предоставляя возможность остро ощутить каменную рельефную плоть. Артём рвано выдохнул и, вцепившись крепкой хваткой в мои ягодицы, принялся ритмично вбиваться в меня, глубоко и резко, с каждым толчком остервенело наращивая темп. Накачивая меня внутри приятным, покалывающим электричеством, которое, скапливаясь в один большой комок, вот-вот готово зажечь в моей голове миллиарды галактик, а затем и взорвать их к чертовой матери на мелкие и яркие частицы.
— Блять! Зачем же я ждал? — сцепил зубы, шипя, и при этом тараня меня до упора, наполняя пространство комнаты пошлыми шлепками наших тел, его и моими стонами, возбуждающим мужским рычанием. Оба сорвались с цепи, потеряли самоконтроль, неустанно ударяясь друг о друга. Разрядка настигает нас обоих спустя пару минут, со вспышками яркого света и поглощающего наслаждения. В исступлении Артём валится на меня, придерживаясь одной рукой, чтобы не придавить, второй обхватывает лицо ладонью и поворачивает его к себе чтобы в следующий момент накрыть мои губы своим жадным ртом и впитать в себя моё тяжёлое дыхание с хриплыми выдохами-стонами. Оба содрогаемся в сладких конвульсиях. Наши тела ловят отголоски оргазмов. Медленно расслабляются, заполняясь умиротворённостью.
— Ты сексуальный маньяк, — шепчу ему в губы, мило улыбаясь. Нарочно проделав упражнения Кегеля, ощутила, как расслабленный член медленно выскользнул из моей тёплой среды. — Самый лучший извращенец в мире.
— Ты тоже ничего, — дразнясь, довольно ухмыляется засранец. — Более несносной и до зуда желанной Багиры не встречал на своём пути.
Не в состоянии отвести взгляд от длинной и растрёпанной чёлки, бесстыже пялюсь на мужчину. Блеск счастливых глаз Гаура, приковал меня к месту, заставив замереть и не дышать. В них до сих пор плещется порочная тьма."
"— Нам пора, — шепчет, целуя меня в висок. — Мария заждалась. И я жутко проголодался.
Глава 19. Признание
Елена.
Вилла Гонсало и Марии находилась в получасе езды от дома Артёма. Отрезок шоссе, по которому мы ехали, окаймлял береговую линию. Пейзажи здесь настолько красивые, что хотелось просить Гаура останавливаться на каждой небольшой стоянке на краю обрыва, выходить из машины, вдыхать морской воздух и любоваться окрестностями с высоты птичьего полёта. Лазурная гладь океана, расстилающегося внизу, напоминала бескрайнее синее пятно, покрытое белоснежными пушистыми хлопьями.