Автор
В темной спальне Гаур ощущается незнакомый ритм, где каждое движение становится неотъемлемой частью этого первого взгляда на сексуальность. Ладонь медленно перемещается от поясницы к ягодицам, вызывая жаркие волны чувств. Постепенно он раскрывает тайны тела и нежности, создавая бескомпромиссную атмосферу роковой страсти....
Не дай бог увидеть сей шедевр посреди ночи, да ещё и перед своим лицом. Я даже на секундочку представила как может выглядеть возбужденный орган этого жеребца на фоне такого странного украшения. В голове всплыла картинка с образом совсем другого животного. Проглотив болезненный ком и облизав пересохшие губы, с огромным трудом овладеваю своей паникой и охрипшим голосом удивляюсь:
— Охренеть!
— Это Гаур, крупнейший представитель рода настоящих быков, — прозвучал твёрдый голос на русском языке, чем ещё больше меня озадачил.
Странные всё-таки эти мужики. Почему не тату носорога? Выглядело бы намного естественней. А вот насчёт садистки — тут в чём-то он прав, конечно. Вспоминаю пострадавшего от моей руки Константина Борисовича и морщусь, будто ощущаю его боль на себе.
— Тоже мне, свирепый мачо с малышом Быкотавра в мотне! Раскомандовался, как у себя дома! — Боже, я это сказала вслух? Ох… зря…
— Не знаю, кто ты такая, и как попала к моему деду, но нам стоит поговорить. Опусти холодное оружие и я тебя не трону.
Адекватная сволочь, сдержанная. Я слушаю его идеальную русскую речь и держу износоустойчивую посуду на вытянутых руках, словно музыкант в оркестре держит парные тарелки ударного музыкального инструмента. Так и хочется прислонить их к его ушам, динамически подчеркнув кульминацию в нашей странной пьесе.
— Поговорить о чём? О том, как надругаетесь надо мной всей честной компанией? За стенкой целая толпа мужчин! — решаю вести наш диалог на русском языке. О моих познаниях в португальском ему знать вовсе не обязательно.
— Поставь сковородки и всё узнаешь, — Быкотавр тронулся в мою сторону вальяжной походкой. — Никто тебя здесь не станет насиловать.
