Автор
В темной спальне Гаур ощущается незнакомый ритм, где каждое движение становится неотъемлемой частью этого первого взгляда на сексуальность. Ладонь медленно перемещается от поясницы к ягодицам, вызывая жаркие волны чувств. Постепенно он раскрывает тайны тела и нежности, создавая бескомпромиссную атмосферу роковой страсти....
Не сразу, конечно, но я ему поверила, его взглядам, словам, чувствам. А потом приехала его невеста, эта чопорная курица, и он замкнулся. Мне давно ни с кем не было так хорошо, но надо смотреть правде в глаза. На роль «любимой» любовницы я никогда не соглашусь. А место невесты занято. Да ещё и ребёнок этот…
Не могу больше говорить об Артёме. Хочу забыть всё, стереть с памяти до черноты… Набраться в хлам, чтобы завтра страдать от похмелья, не вспоминая о нём.
— Эй, Гусь, — недовольно морщась, показываю пустой стакан бармену, — давай ещё по одной.
— Так, погоди! А Вику кто вызволять будет? — возражает Ди против продолжения нашего совместного банкета.
— А ты уверена, что ей этого хочется?
В душе ёкает, как только краем ока замечаю знакомую, приближающуюся к нам фигуру. Узнаю походку и ненавистное, хитрое мужское лицо, которое сейчас бы без сожаления расцарапала до крови. Местный «Коза Ностра», мать его, прёт за собой дорожный чемодан (кажется Вики)? Какого хрена этот старый козёл здесь забыл? И как узнал? И с какого ляда его морда мрачнее тучи?
— Голубушка, а ты что здесь делаешь? — не скрывая претензии, задаёт вопрос.
Мне!? С хрена!? На моём лбу, что? Написано: «жена Гаура»? Виски взбодрило мою нервную систему. Всколыхнуло адреналин. Чувствую, как жар делает пару резких витков по венам. Окидываю взглядом полупустой ресторан, и выдаю нервный смешок, раздумывая, промолчать, или же крикнуть: «Собратья и сосёстры! Внимание! Если я его сейчас убью — не выдавайте меня полиции.
— Я!? — не сдерживаю эмоций и вскрикиваю на весь бар. — Что я здесь делаю? Да вы совсем спятили, Гонсало?
— Лена! — шикает Ди. — Люди!
Чего??? Пришло время высказаться и я понеслась! Всё сказала, что думаю об этом старом болване. О его хитроумном плане. О его внуках и о жадном до денег сынишке. Даже охрипла от своего дебюта.
— Милая моя, ты же просила райский отдых, я тебе и устроил, — растягивает магическую улыбку-кляп, от которой хочется резко заткнуться. Сволочь! Перезы умеют сексуально улыбаться. Уж это я помню! И поэтому ещё больше хочется его прикончить.
