У меня, наверно, нижняя челюсть отвисла.
— А как это вообще решит нашу с княжичем проблему? — осторожно спрашиваю.
— В нашей семье уважают силу, — усмехается князь. — До сих пор Дима не мог тебя проверить или, если угодно, получить от тебя тумаков. Если ты несколько раз сразишь его в спарринге, он изменит мнение насчет твоего места в столице.
— Я не уверен, что это поможет…
— Поможет, — прерывает меня князь Степан. — А в качестве бонуса ты получишь два миллиона. За каждый спарринг.
— А сколько их всего потребуется?
— Десять точно, может, пятнадцать.
Десять мордобоев по два миллиона каждый. Считай, что два годовых бюджета «Валентино» на телемаркетинг, за который я сегодня уволил рекламного директора. У князя денег куры не клюют.
— Если бы я не был уверен в успехе, то не предлагал бы столь крупные суммы, — замечает Степан Алексеевич. — Просто я потеряю намного больше, если не унять Диму.
Ох е… От таких денег нелегко отказываться. Да и опасно. Если князь захочет по-тихому убрать меня, то Морозовы даже не узнают. Старший Паскевич это не младший. Любой, столько времени продержавшийся во власти, является хитроумным интриганом либо имеет таких ловкачей в советниках. Лучше не заделывать себе такого влиятельного врага.
— А если княжич окажется сильнее меня?
— Такой вариант наиболее вероятен, — усмехается Степан Алексеевич. — В это случае тебе тоже волноваться не о чем. Потерпишь всего десяток избиений, а там Диме и надоест.
Ага, значит князь рассчитывает на это. Ну да, в спаррингах княжич может вдоволь утолить свой садистский голод. Даже если он изобьет меня до смерти, то у Паскевичей будет отмазка для Морозовых: дурак Вещий сам согласился помереть, вот договор, читайте. А что бумажный договор будет, я и не сомневаюсь.
— Спасибо за доверие, Степан Алексеевич. Я должен подумать.
— Думай, — легко разрешает князь. — Три месяца у тебя точно есть. Дима раньше не вернется.
На этой ноте бы и закончить, но тут раскрывается дверь и внутрь входит бойкого вида барышня. Синие глаза, вздернутый носик, спортивная фигура в трениках и майке. Темные волосы заплетены в тугую косу, которая перекинута вперед, подчеркивая крупную грудь. Девушка немного взмыленная, явно после тренировки.
— Зина, — сдвигает брови князь. — Почему ты без стука вторгаешься в мой кабинет?
— Папа, прости, но я услышала, что он пришел… — девушка замечает меня за высокой спинкой стула и яростно вскидывает тонкие брови.