Достойной замены за такой короткий промежуток времени просто невозможно найти. Сильные группировки уже курируют другие рода. Мы нашли тех, кого нашли.
— Ладно, и что в итоге? — ворчит граф, наливая себе в стакан дешевое красное вино. Не то, чтобы Хоренов любит столовое пойло. Но только эта бутылка «осталась в живых» после погрома в погребе. Вот и приходится пить кислятину, которую нашел в захромах на кухне у слуг. — Вещий так и не использовал своего зверя, и мы его даже не увидели без этого хиджаба?
— Без накиба, — поправляет гвардеец и передает графу несколько снимков. — Частично зверь был использован — для заброса этих фотографий.
Сжав челюсти, Хоренов смотрит на снимки. В кадрах последствия ограбления последнего склада. На последнем фото — охваченный пламенем чемоданчик с обуглившейся этикеткой «Зверобой». Прямо поверх снимка размашистым почерком выведено:
'Я думал, что вы аристократ, а вы наркобарыга.
Пожалуй, оставьте себе свои извинения.
Без уважения, Вещий Д.'
— Щщенок, — шипит Хоренов, сминая снимки в кулаке. — Следите дальше за Вещим. Тупых бандитов больше не использовать — это чревато последствиями. И изучите уже этого зверя! Может, он ночью убегает в лес погулять и ли еще что-то. Тогда и хватайте сопляка.
— Занимаемся, — коротко рапортует гвардеец и уходит.
А граф обновляет свой стакан и, морщась, давится кислым вином, чтобы заглушить бешенство и стыд из-за того, что его гвардия столько возится с каким-то пацаном из провинции.
На следующее утро встаю и собираюсь в Центр тестирования одаренных.
Во время завтрака звонит Гриша. Казах докладывает, как дела у «Юных Русичей», ну и просто рассказывает, что произошло в Будовске. За эти несколько дней школа наконец-то открылась, и ученики снова сидят за партами. А после уроков ребята так же ездят на охоту. Интенсивность возникновения «нор» возросла, но армия рогатых бигусов пока больше не появлялась.
— Ну и славно, — подвожу я итог. — Как поживает Адия? А Светка?
— Почему ты меня спрашиваешь о Свете? — неожиданно теряется Гриша.
— Хм, может, потому что ты мой заместитель, и я тебя могу спросить обо всех членах отряда? — замечаю в ответ.
Действительно, с Леной я и так переписываюсь. Камила сама мне звонила один раз, а со Светой я несколько дней не разговаривал. Вот и уточнил у Гриши, всё ли с ней в порядке. Но как оказалось, казах что-то недоговаривает.
— Так, Грих, быстро говори в чем дело, — требую. — Всё нормально с нашей Соколовой?
— Да всё с ней в порядке, — вздыхает казах.