Говорят, что телепаты опасны. Говорят, что телепаты не щадят чувства других. Говорят, что телепаты плевать хотели на чужое личное пространство. Да и вообще, говорят, что мы те еще газлайтеры. И знаете, что? Всё это отчасти правда, но ведь с нами же весело!
— Но при этом мы не подписывали бумаги о том, что обязаны сообщать друг другу родовые секреты, так? Просто отправьте меня одного, а другим скажите про артефакты.
— Ладно, Филинов, — недовольно вздыхает Фирсов. — Только смотри не помри.
— Обязательно, — улыбаюсь. — Вы у меня ещё примете семестровый зачёт."
"Но в катакомбы я пойду ночью, а до темноты нужно заняться оснащением гвардии новым бойцом. Ещё перед началом миссии Горнорудова передала мне дюжину Жартсерков, а потом я обзавёлся кристаллом-энергонакопителем Глеба Великопермского, шавки Странника.
Местом под «Полевую лабораторию» я выбираю овраг подальше от лагеря. Первым делом создаю связку корней и вяжу из них огромного гуманоидного голема. Голова, корпус, руки, ноги — всё сплетено из тонких прочных корней. Ростом голем с огра, но, конечно, он пока всего лишь неподвижная статуя. Ключевое слово — пока.
Взмахом руки я раздвигаю корни в груди голема и погружаю внутрь Жартсерк с энергонакопителем.
А дальше самое оригинальное — настройка взаимодействия «нервной» и «мышечной» системы. Но всё не так сложно, как кажется. В дороге я частенько экспериментировал с растениями, поэтому некие наработки в этом плане есть. Голем целиком состоит из живых корней, и я как друид управляю древесной структурой. Главное — заставить корни работать как нервные волокна и передавать мозговые сигналы от Жартсерка по всему древесному телу.
«Попрыгай» — велю зверю, заточенному в Жартсерке, и древесная махина послушно выполняет прыжки, сотрясая землю. Нижние конечности со скрипом сгибаются и разгибаются.
Работа сделана. Новый гвардеец готов, осталось представить его благоверным.
Не успеваю послать девушкам сигнал, как сверху раздается звонкое:
— Даня, ты нас звал? — младшие жёны осторожно спускаются вниз, хватаясь за траву, торчащую в стенах оврага.
— Ого! Какой огромный! — восклицает Камила, подняв глаза на голема. — Не меньше огра… А что это?
— Ваш телохранитель, — усмехаюсь, и девушки все разом недоверчиво смотрят на меня:
— Даня, очень смешно.
— Никаких шуток, сударыни, — напрочь отказываюсь от обвинений и указываю рукой на голема.
